— Макс, ты чего? — замер Рамик с майкой в руках. — Все, каникулы. Через два часа придут автобусы и нас по домам на две недели развезут.

— Автобусы лишь довезут нас до пункта распределения. А потом мы уже двинемся по городам, — поправил серьезный, когда дело касалось мелочей, Димон.

— Я вообще думал, что мы как минимум полетим на пегасах, — заметил Рамиль. — Или телепортнемся. Магия и все такое же.

— Телепорт невероятно сложен технически и чрезвычайно затратен с точки зрения силы. Пегасов нужно большое количество. Автобусная солярка в этом плане дешевле и проще.

Я уже не слушал их, потому что спрыгнул с кровати и побежал в душ. Совершенно вылетело из головы. Ну конечно, следующее утро после бала — это уже первый день каникул. Тех, которых я так ждал. И не потому, что закончилась тяжелая учеба. Просто я пусть и ненадолго, но еду домой. И скоро уже увижу отчима.

В нашем крыле царило необычайное оживление. Словно возле роя пчел бросили охапку ароматных цветов. Небольшой ложкой дегтя в этой бочке меда оказалась невысокая фигурка девушки с рыжими волосами, которая почему-то стояла возле мужской душевой.

— Ой, Катя, привет, — мне как-то стало сразу нехорошо.

— В приличном обществе парень, который приводит девушку на бал, с ней и уходит, — просверлила она меня изумрудом своих глаз.

Мне почему-то вспомнилась поговорка «кто девушку ужинает, тот ее и танцует», которую очень любил наш сосед. Тот ее вставлял при каждом подходящем и не особо случае. Но вслух я, конечно, произнес другое.

— Кать, ну так это в приличном. А ты на меня посмотри.

— Кузнецов, тебя спасает лишь твоя придурковатость. И то, что Терлецкая вчера весь вечер злая ходила. Так ей и надо. Будет знать, как мое платье портить!

— Катя, обещай, что не будешь ругаться.

Этот прием я отработал очень давно еще на маме. Тут главное, чтобы тебе действительно пообещали не орать, в каком бы косяке ты не признался. Вот и сейчас, хоть и с трудом, но я вытянул заверение добрых намерений из Зыбуниной.

— В общем, это я платье испортил. Оно тебе жутко не шло, а сказать боялся.

— Никогда больше так не делай, — серьезно ответила Катя.

— Нет, я к твоему гардеробу больше не притронусь.

— Никогда больше мне не ври. Иначе могут пострадать другие люди, — она подумала еще немного. — Как ты это сделал? Ни одного человеческого следа силы не осталось.

— Я тебе обязательно расскажу. Но потом, в автобусе. Извини, но они скоро уже приедут.

Я умчался в душевую, чувствуя, как с души упал тяжеленный камень. Зыбунина права. Врать девушкам — занятие глупое. Врать ведьмам — еще и опасное.

Мой скарб выглядел забавно. Зубная щетка, носки, трусы, пара маек, штаны. И все это не очень аккуратно сложено в целлофановый пакет. Ну да, извините, собирался в школу впопыхах. Друзья, кстати, ни слова не сказали. Лишь Байков поторопил в столовую. И именно там, за завтраком, я им все и рассказал.

— Зачем ты его ударил? — задал единственный вопрос Байков, пропустив мимо ушей историю про Петровича и убийцу.

— Потому что он козел, — парировал я, ни на грамм не жалея о содеянном.

— Если человек козел, это еще не повод его бить. Как ты думаешь, может ли начальник обычного департамента возглавить расследование с людьми из МВДО? Не напрягайся, я тебе сам отвечу. Обычный не может. Значит, за твоим Четкеровым стоят какие-то серьезные люди. Да и даже ссориться с рядовым магом на ровном месте занятие малоперспективное.

— Но ведь он меня использовал!

— Да, да, козел, я помню, — спокойно кивнул Димон.