— Назад! — скомандовал Байков, с силой захлопывая дверь.

Нам второй раз говорить не пришлось. Я и так понял, что что-то пошло не так. А когда дверь сорвало с петель струей пламени, подпалив обои на противоположной стороне, лишь удостоверился в своих соображениях.

— Та магия сильнее моей, в разы, — растерянно сказал Байков.

— И что теперь делать? — кашляя, спросил я. Дышать становилось все тяжелее.

— Теоретически, победить огонь может не дождь и вода, а именно огонь, — сказал Мишка, поправляя очки на запотевшем носу.

— О чем это ты?

— Маг огня способен управлять пламенем. Даже чужим, созданным. Хуже ведь все равно не будет.

Мы, не сговариваясь, повернулись к Рамилю. Тот, сначала замотал головой, но вдруг его взгляд встретился с димоновским. И если раньше я жалел, что Байков ляпнул про хвастовство татарина, то теперь готов был расцеловать благородного. В фигуральном смысле, разумеется. Потому что лицо Рамика выглядело злым, а голос прозвучал чересчур серьезным.

— Я попробую.

Рамиль подошел к двери, осторожно выглянул в коридор и, спустя несколько долгих секунд вытянул руки вперед. И тут же повернулся к нам. Его обрадованное лицо в зареве пожара выглядело немного кровожадно и пугающе, однако голос был родной, Рамиковский.

— Блин, работает.

Мы поспешили к другу, чтобы убедиться в верности его слов. И таки Рамиль не врал. В радиусе пары метров от татарина огонь расступился, обнажив обгорелые половицы и слизанные жадным оранжевым языком обои. Точнее то, что от них осталось. Рамиль робко сделал шаг вперед и «безогненная сфера» переместилась вместе с ним.

— Нас подожди, — сказал я, вдруг поняв, что татарин может чуть-чуть забыться и уйти.

— Давайте быстрее, надо рвать отсюда, — серьезно бросил тот.

— Пацаны! — позвал нас слабый голос, который сорвался на кашель. В нем я узнал Тусупбаева.

— Надо Азамата и ребят вместе с нами захватить, — сказал я.

— Захватим, — с какой-то незнакомой уверенностью ответил Рамиль.

Да что за день-то сегодня? Точнее ночь. Я вообще не узнаю друзей. Байков, оказывается, может быть жестким. Даже скорее жестоким. Рамик источает уверенность, как самый настоящий маг. Давай, Мишка, теперь ты что-нибудь вычуди. Я морально готов.

— Рахмэт, пацаны, вообще от души, — вступил в пределы сферы Азамат вместе со своими соседями. — Надо когти рвать.

Вот в этом я был с ним полностью согласен. Единственное — теперь нас стало слишком много для такого крохотного пространства. И продвигаться приходилось медленно. Дым же клубился, заволакивая потолок и опускаясь все ниже. И, к сожалению, проникал в сферу. Поэтому надо было поторапливаться. Что мы и сделали, двинувшись по коридору в сторону.

— Зайцева захватим, — сказал я Рамилю.

— Он же благородный, — возразил Тусупбаев.

— И что? Благородные не люди?

Азамат мне ничего не ответил. К тому же комната Зайцева была по пути, да и находился он в ней один. Его сосед, видимо, успел выбежать наружу, не предупредив товарища. Узнаю дружбу аристократов. Хорошо хоть дверь снаружи не подпер. Так или иначе, но Леша был нам очень рад. Это читалось в его глазах, хотя вступив в «сферу», он лишь сдержанно кивнул.

Мы двинулись к опрокинутой балке, как возникла новая проблема. Я, можно сказать, почувствовал ее, как и Байков.