Рэйвен мотнула головой, решительно прошествовала мимо уничтоженного Роджерса и спустилась в каюту. Дэнни суетилась, пакуя последние мелочи и весело напевая что-то. Она была счастлива, что они наконец приехали.

– А, вот и вы! Еще парочка последних ящиков, и все готово! – Дэнни даже не заметила пылавших щек юной хозяйки.

– Господи, когда же мы наконец покинем корабль! – с чувством произнесла Рэйвен.

– И верно, – поддакнула ничего не подозревающая Дэнни.

Испорченный развратник, все еще негодовала Рэй­вен, но про себя. Слава небесам, что до сих пор он не пытался навязать ей своих объятий! Трудно сказать, как бы она отреагировала на признания этого слюнявого иди­ота! Эти мужчины – сущее наказание! Просто пытка какая-то! Как же она ненавидела их! Что они себе вооб­ражают? Что могут вот так наброситься на всякую при­глянувшуюся им женщину? А какая самонадеянность, уверенность в собственной неотразимости! Как же, ос­частливил! Ни малейшей попытки добиться взаимности! Она рассвирепела даже куда больше, чем когда-то из-за красавца контрабандиста. Тот, конечно, допек её тем, что от души забавлялся ее реакцией на свои поцелуи! Как он небось повеселил свою команду подробным опи­санием почти удавшегося соблазнения деревенской про­стушки!

Рэйвен усмехнулась, что до сих пор бурно негодует при воспоминании о капитане. Все! Выбросить из голо­вы и забыть! Она рьяно принялась помогать Дэнни. Хо­рошо, что есть чем заняться. Остается надеяться, что Натаниэль Роджерс последует ее совету и оставит ее в покое.

Когда все было упаковано, «Индийское облако» бро­сило якорь в огромной гавани. Началась неизбежная в таких случаях суматоха, и Рэйвен едва успела попрощать­ся с попутчиками, как уже спустили сходной трап. Вокруг возвышался целый лес голых мачт, торчащих в безоблач­ном небе. Ветер, дувший в лицо, заметно потеплел, доно­ся тысячи новых экзотических запахов с берега.

Вдоль пирса тянулись огромные сооружения складов, каждый свободный метр на причале использовался для складирования груза. Толпы людей двигались по неровно уложенным доскам, лавируя в густой толпе. Рэйвен зача­рованно смотрела на индусов в европейском платье, с ог­ромными портфелями, набитыми накладными на грузы, снующих в толпе в надежде первыми попасть к старшему помощнику, чтобы заключить выгодную сделку.

Модно одетые женщины в белых перчатках и с пес­трыми шелковыми зонтиками прохаживались чуть поо­даль, встречая пассажиров с двух битком набитых только что прибывших пассажирских кораблей, вставших рядом с «Индийским облаком». Среди толпы выделялись смугло­кожие аборигены – мужчины в белых дхоти и чалмах или в длинных пиджаках и широченных шароварах, жен­щины живописно задрапированы в яркие сари и богато вышитые чоли. Толпа пестрела всеми цветами радуги – зеленым, оранжевым, пурпурным и желтым всех оттен­ков. Хотя головы женщин были покрыты, Рэйвен заме­тила, что они втирают в волосы масло, чтобы придать им блеск. Бросались в глаза и их украшения – браслеты, кольца, ожерелья, кулоны и всевозможные бусы. Все это блестело, позвякивало, притягивало взгляд. Мистер Мерроу заметил, что индийские женщины стремятся свое богатство выставить напоказ, и чем богаче были их украше­ния, тем больше уважения оказывали им их соотечествен­ники. Рэйвен не терпелось поскорее очутиться на берегу и поближе познакомиться с этим причудливым, своеобраз­ным миром!

Наконец и пассажирам «Индийского облака» позво­лили сойти на берег. Рэйвен с облегчением увидела, как первым сошел со всеми своими вещами Натаниэль Ро­джерс. Капитан Винтерc попросил ее задержаться, пока он не узнает, встречает ли ее кто-нибудь.