Ее губы сжались. Он явно считал ее избалованной гордячкой благородного происхождения, которая разгне­валась из-за стычки с пьяным матросом и с ним лично. И он, кажется, уверен, что она скорее откажется от поездки, чем заставит себя общаться с ним несколько недель пути. Кстати, а где же Сергеев?

– Мисс Рэйвен, так что же вы решили? – спросила Дэнни.

Она говорила очень ровным голосом, но Рэйвен ощутила ее внутреннюю тревогу. «Бедная моя любимая Дэнни! Нельзя, чтобы она догадалась: Шарль Сен-Жермен и его команда – шайка контрабандистов! Не знаешь, на что решиться, Рэйвен? Но нельзя же до­пустить, чтобы эти пираты увезли двух беззащитных женщин! Однако терять два месяца драгоценного вре­мени тоже нельзя!»

– Мисс Рэйвен? – Дэнни тревожно вглядывалась в бледное лицо девушки.

Рэйвен еще раз взглянула в усмехающиеся зеленые глаза. Капитан всем своим видом слал ей вызов, прокля­тый разбойник! Чего стоит одна эта улыбка на полных чувственных губах! Дьявол! Дьявол! В Рэйвен вспыхнул бунтарский дух. Пусть Шарль Сен-Жермен думает что хочет, но она поедет на его языческом корабле. И найдет доказательства его преступлений. А когда они бросят якорь в Лахоре, она проследит, чтобы его арестовали и повеси­ли, как преступника!

– Все в порядке, Дэнни. Я просто засомневалась в надежности корабля и его капитана.

Молчавшие до сих пор офицеры, внимательно слу­шавшие перебранку, возмущенно зароптали, переговари­ваясь между собой. Рэйвен поняла по их возмущенным лицам, что её слова рассердили их. Лишь капитан Сен-Жермен остался невозмутимым. Она отвернулась от него. Пусть эти варвары думают о ней что хотят. Какое ей дело до этого? Все они рано или поздно закончат свою пре­ступную карьеру в тюрьме!

Полчаса спустя загремела якорная цепь – «Звезда Востока» уходила прочь от причала, направляясь на север к реке Инд. Команда безукоризненно выполняла все ука­зания капитана: сказывалась многолетняя выучка. «Звез­да Востока» так ловко маневрировала среди тесно стоявших на рейде судов, а матросы так быстро подняли паруса, ловко, как мартышки, карабкаясь по вантам, что многие офицеры других кораблей проводили её взглядами, пол­ными восхищения и зависти. Сами матросы тоже были довольны собой и обменивались шутками и улыбками.

Уже в своей каюте Рэйвен обратила внимание на то, как плавно клипер вышел из гавани, и только злость по­мешала ей восхититься мастерством команды. Сразу же после отплытия капитан приказал ей спуститься в каюту, объяснив это тем, что она лишь будет путаться под нога­ми, находясь на палубе. Рэйвен пришла в бешенство. В который раз она пожалела, что решилась на поездку на этом корабле контрабандистов, но менять что-либо было поздно. Она вздохнула и взглянула в иллюминатор.

Они плыли мимо Бомбея, оставляя позади зеленые склоны горы Малабар, храмы и здания, и Рэйвен ощути­ла в груди холодок неуверенности. Они с Дэнни остались вдвоем в незнакомом мире, и им снова предстояла изну­рительная поездка. Поразмыслив, Рэйвен решила, что не станет волновать старушку рассказом о том, что пред­ставляет собой капитан Сен-Жермен, ибо если кого и надо было защищать от возможных неожиданностей, так это Дэнни.

Только не раскисать, приказала себе Рэйвен. Слиш­ком важна ее встреча с Филиппом Бэрренкортом. А что касается преступных дел Сен-Жермена и его людей, то шила в мешке не утаишь, и их преступная сущность все равно обнаружится. Доказательств для ареста будет пред­остаточно!

Решив не возвращаться на палубу, Рэйвен дольше обычного распаковывала свой багаж, принесенный матро­сом. Ей и Дэнни отвели по отдельной каюте, которые, следует признать, значительно превосходили по комфорту каюты на «Индийском облаке».