Непросто, но для мага реально.

Для начала, надо устроить Сидону. Хотя он в неплохой форме, таскать целый день на руках фигуристую женщину нереально.

Квартира отпадает. Жильё ещё на момент его исчезновения стоило немало, наверняка кто-то уже наложил лапу. Будь он уверен, что там живёт именно тот, кто наложил, навестил бы обязательно, и пообщался бы всласть… Но вероятнее всего, там сейчас обычные, ни в чём не повинные люди.

Попроситься к кому-то из друзей — приятелей? Ага, "здрасте, пять лет не виделись, приютите на несколько дней, да с красоткой под мышкой, люди мы не местные…" Тьфу. Обидно, но нет среди его знакомых людей, способных приютить приятеля после долгого отсутствия без вопросов. В том мире нашлись бы, а в этом — нет. Можно сказать, тридцать лет здесь жил без толку.

Гостиница. Свои проблемы. Нужны деньги и документы. Или, хотя бы, много денег. Где взять? Можно, конечно, наложить иллюзии на первые попавшиеся бумажки, но стоить их согнуть или надорвать, и вся достоверность улетучится. Он всё же воздушник, а не гипнотизёр. Да и зачем создавать людям проблемы?

Дожил, маг-бомж. А когда-то ведь хвастался, утверждал, что кредитоспособен. Где-то они сейчас, его сбережения и документы? Пожалуй, при большом желании, он мог бы доказать, что он является самим собой. Счета — сомнительно, а вот документы реально восстановить. Примерно за месяц, если власти поторопятся. А Сидоне всё это время жить в каком-нибудь подвале, с бомжами? Лери этого точно не оценит. Всё же, кесарю — кесарево, слесарю — слесарево.

Кстати, а вот же оно, решение! Всё это время незримый маг брёл по некогда знакомой улице со своей драгоценной ношей, и в эту минуту рассеянный взор упёрся в яркую вывеску: "Ломбард". Раньше ему не доводилось пользоваться услугами такого рода заведений, пожалуй, Вос даже считал их чем-то не совсем приличным, но что-то ему подсказывало, что внутри не бард, играющий на ломе, а кто-то, способный выдать ссуду под залог. Он ведь брал с собой несколько золотых вещиц для решения финансовой проблемы.

Пара магических манипуляций в подворотне, и в дверь заведения под вывеской зашёл не особо богато одетый гражданин с солидным баулом в руках. Одежду Вос скопировал с первого попавшегося прохожего, на случай непредвиденных обстоятельств, заодно чуть подкорректировав и внешность, а вот багаж был полной импровизацией. Что-то ему подсказывало, что бесчувственное тело в руках не способствует деловым переговорам, а девать любимую было просто некуда.

Что можно сказать сразу, так это то, что клиент и хозяин заведения не понравились друг другу с первого взгляда. Кислая физиономия ростовщика не оставляла сомнений в его отношении к подобным потёртым и непрезентабельным существам. Пожалуй, слизняк или жаба, объявившиеся на пороге, не заставили бы хозяина скривиться сильнее. А Вос, в свою очередь, вмиг вспомнил своё пролетарское происхождение, и классовую ненависть, которую питал к таким вот напомаженным, откардененным, с бриллиантовой серьгой в ухе и перстнями на всех пальцах. Взаимную, надо сказать, в школе и институте "золотая" молодёжь не скрывала презрения к нищим соученикам, и никогда не упускала возможность втоптать выскочек в грязь.

— Чего угодно? — Процедил хозяин, с отвращением разглядывая посетителя. — Стеклотару не принимаем, милостыню не подаём!

Где-то в глубине помещения шевельнулось нечто бугристо мускулисто угрожающее. Это вам не Достоевский, с его топорами и старушками-процентщицами. Сюда надо с базукой — или с боевой магией.

Хотя, что это он разошёлся? Не грабить ведь шёл, а продать кое-что. Ну а то, что обращаются без восторга — обнаглел ты, твоё магичество, привык к благоговению и страху.