— Спасибо.

— Есть кое-что, из-за чего я переживаю о тебе. И об этом мне напомнил Питер во время нашей встречи насчет тебя, — мои щеки розовеют, и я чувствую себя глупой. — Не смущайся, Лили. Трент убедил меня, что ты воровала деньги. Вот что делают манипуляторы. Такие как он убеждают всех вокруг, что они святые, хотя на самом деле не что иное, как зло.

— Да, умом я понимаю, что ты прав, но…

— Нет никаких «но» в этой ситуации. Этот парень не хороший. Он весь прогнил, вплоть до своей души.

— Вот ваши напитки, господа, — говорит официантка и ставит их на стол. Сначала передо мной, а потом перед Дейлом.

— Спасибо, — говорит Дейл за нас обоих.

— Ваши блюда скоро будут готовы, — она поворачивается и идет обслуживать клиента за стойкой.

— Как я говорил, мы с Питером разговаривали о тебе и заметили кое-что. И с твоего разрешения, я бы хотел задать тебе вопрос, — он делает глоток колы.

— Конечно, спрашивай.

— Ты ездишь на автобусе сюда и домой?

— Да. Но теперь моя подруга Шейн с мужем привозят меня на работу и забирают домой. Они не хотят, чтобы я ездила домой на автобусе по очевидной причине, — я имею в виду Трента, не произнося его имя.

— Ты слишком напугана, чтобы научиться водить?

— Господи, нет! Я хотела научиться водить с тех пор, как стала достаточно взрослой для этого, но Трент всегда говорил, что будет возить меня, куда бы мне ни понадобилось, и что мне не нужны права. Я просила так много раз, но он продолжал говорить «нет» и, в конце концов, я перестала спрашивать, — я беру свою кружку горячего шоколада и отпиваю немного, сосредоточившись на нем, а не на сочувствующем взгляде Дейла. — Пожалуйста, — шепчу я, — я не хочу твоего сочувствия.

— Я был бы человеком из стали, если бы не отреагировал на то, что с тобой произошло. Я, может, и мужчина, и, может быть, достаточно стар, чтобы быть твоим отцом, но у меня все еще есть сердце. И я уверен, то, что ты рассказала мне, вероятно, только верхушка айсберга.

Я киваю головой, ничего не говоря потому, что не уверена кто из них двоих был хуже: Трент или мой отец. Я не знаю, и это не то, на что я хочу тратить время, размышляя.

— Вернемся к тому, почему я пригласил тебя сюда.

— Хорошо. Почему ты пригласил меня сюда?

— Мы с Питером решили, что если ты хочешь посещать уроки вождения, то мы заплатим за них. Мы также одолжим тебе деньги, без процентов, на покупку автомобиля. Но на определенных условиях.

Я чувствую, как мой рот открывается, а брови хмурятся. У меня, должно быть, смешное выражение лица, потому что Дейл начинает смеяться.

— Вы хотите заплатить за мои уроки вождения и купить мне машину? — я повторяю то, что, я думаю, он сказал, и жду, когда он рассмеется и исправит меня.

— Да.

— Почему? — я ставлю локти на стол, наклоняясь вперед. — Я имею в виду, почему?

— Потому что ты работаешь на нас почти семь лет, и о тебе всегда хорошо отзывались. Каждый твой начальник пел тебе дифирамбы, и ты — ценный член нашей команды.

— О, — бормочу я и на секунду отворачиваюсь, чтобы осмыслить его красивые и обнадеживающие слова. Я подношу руки к лицу и закрываюсь ими, когда начинаю плакать. У меня никогда, за всю мою жизнь, не было никого, кто бы сделал для меня что-то хорошее, как то, что предлагает Дейл.

— Эй, прежде чем ты заплакала, я сказал, что это все произойдет на определенных условиях, — он старается звучать жестко, но надлом в его голосе подсказывает мне, что он тронут моими слезами и понимает, почему я плачу.