— Я купил ей несколько на выбор, поэтому она не сможет пожаловаться. Не то чтобы она стала так себя вести, — я встаю, когда он подходит ко мне. — Пойдем, я отвезу тебя домой.

— Спасибо, — говорю я, потому что действительно не хочу идти домой в темноте, но и не хочу беспокоить Лиама.

— Ваша карета, миледи, — дразнит он, когда открывает дверцу машины. Я смеюсь, потому что Лиам ведет себя, как балбес.

Как только мы оказываемся в машине, Лиам выключает музыку и спрашивает:

— Ты взволнована из-за колледжа?

— Да. Я с нетерпением жду его.

— Кем ты хочешь стать?

— Учителем английского, я буду учиться, чтобы стать им.

— Действительно?

— Да, а что? — я смотрю на него и его ухмылку на лице.

— Шейн рассказывала, насколько ты умна, и я поражен, что ты не собираешься стать кем-то большим. Например, врачом или адвокатом, или что-то типа этого.

— Что? Я недостаточно умна, чтобы заниматься чем-то вроде этого, и к тому же, английский язык — мой самый любимый предмет в мире. Книги и чтение. Думаю, так как не могу написать книгу, то могу хотя бы узнать, как научить этому детей, — Лиам посмеивается и качает головой.

— Что? Поверни здесь, — я указываю направо.

— Ты действительно недооцениваешь себя, Лили. Шейн сказала, что ты всегда ставишь себя на второй план, а я не верил ей. Теперь я вижу, что она права. Ты великолепна и умна, не позволяй никому говорить тебе что-то иное. Но прежде всего, не позволяй себе разубеждать саму себя, что ты умна.

Его заявление оставляет гнетущую атмосферу в машине, и я почти хочу выпрыгнуть из нее и пройти оставшийся путь пешком. Я чувствую себя в центре внимания, как будто все смотрят на меня. Наблюдают, чтобы увидеть, что я собираюсь сказать или сделать.

— Да, хорошо, — говорю я, отчаянно пытаясь найти, что сказать, чтобы разрушить плотную энергию, циркулирующую вокруг. — Там поверни налево, — хотя я и указываю ему направление к дому Хэкли, в груди все еще тяжкий груз вины.

Когда мы добираемся до дома Хэкли, Лиам останавливается у парадной двери.

— Спасибо, что подвез, — говорю я и выхожу из машины.

— В любое время. Увидимся, — счастливо отвечает он.

Возможно, я слишком много читаю в его словах, или, возможно, он пытается спасти меня от дальнейшего затруднения. Я закрываю дверцу его машины и иду по дорожке к парадной двери.

Я захожу в свою комнату, переодеваюсь в пижаму и ложусь. Беру экземпляр «Сурового испытания» и снова начинаю читать. Но кажется, что слова на странице перемешались. Не то чтобы я не могла прочитать их, больше похоже на то, что все произошедшее сегодня пытается пробиться и занять главное место в моем разуме.

Пока я пытаясь сосредоточиться, меня поглощает, абсолютно съедает мысль о человеке из гастронома, Максе. То, как он подмигнул мне, это было, как будто он заметил меня. Увидел сквозь ужасную внешность и разрушенное нутро. Издалека он не видел повреждений, он просто видел девушку.

Когда я ускользаю в беспамятство, я мечтаю о времени, когда была маленькой девочкой. Мама, папа, я и маленький белокурый мальчик, играющий в парке. Счастье окружало нас, смех затрагивал сердце.

— Кто, блядь, привез тебя домой? — я просыпаюсь, когда Трент запрыгивает мне на грудь, садится верхом на меня и щедро шлепает по лицу. Запах алкоголя настолько крепкий и плотный, что просто наполняет меня.

— Что? — я пытаюсь сбросить его вес с себя.

— Папа сказал, что парень привез тебя домой. Кто он, черт возьми?

— Лиам привез меня домой.