– Говорите, шотландцы подожгли собственные поля? – послышался голос Брайса.

– Да, сожгли, – отозвался кто-то из мужчин. – Но, к счастью, не все. Мы вовремя прогнали мерзавцев. Однако потери велики – почти пятьдесят хайдов земли.

Эдрик провел ладонью по подбородку – он всегда так делал, когда его терзали сомнения. Кэтрин вздохнула. Эти новости означают только одно: если она не обратится к отцу и не попросит помощи у Кеттвика, зимой в Бракстоне наступит голод.

Расхаживая по коридору, Кейт отвлекала Эдрика. Перевязь, в которой лежал Эйдан, была почти того же цвета, что и платье няни, отчего казалось, будто она носит ребенка в своем чреве. Его ребенка.

Услышав ответ Альфреда, Эдрик переспросил:

– Неужели пятьдесят хайдов?

Трое воинов дружно кивнули.

– Но если бы мы не остановили их, милорд, они натворили бы еще больше бед.

– Проклятие! – Эдрик поднялся из-за стола и провел пятерней по волосам. – Новости – хуже некуда! Вы в курсе, что наши амбары почти пусты? Без зерна не обойтись!

– Да, милорд, конечно. Я просто хотел сказать, что нам повезло, ведь мы сумели спасти большую часть полей.

Альфред, конечно, не виноват, но Эдрик ужасно злился. С приходом нормандцев удача изменила им. Может, Освин прав? Может, им действительно следует примкнуть к Вулфгару и его людям?

Но что это решит? Ведь Вулфгару ни за что не пробить брешь в крепком щите обороны короля Вильгельма.

Эдрик подозвал Кэдмона, стоявшего у дверей в ожидании приказаний.

– Найди Освина и скажи ему, что он нужен здесь, в зале. И поторопись!

Гнев и отчаяние переполняли его. Оказалось, что победа над Фергюсонами ничего не дала. Им постоянно не везло. Возможно, отец Алгар прав. Он утверждал, что место это проклято. Даже вид Кейт и предвкушение любовных утех не доставляли удовольствия… Не принесет ли ему в будущем осложнений эта связь с нормандкой?

– Лучше садись, Эдрик, – сказал Брайс. – Напрасно ты так злишься.

Он последовал совету брата. У него действительно не было причин сердиться на воинов. Их не в чем упрекнуть, они просто принесли плохие новости.

Воины рассказывали о схватке с врагом и об отчаянных попытках затушить пожар. Но Эдрик слушал их вполуха, он лихорадочно искал выход из затруднительного положения. Что же теперь делать? Не грозит ли новая опасность полям Фергюсонов и людям, которых послали туда собирать урожай и молоть зерно? Может, стоит послать в Данфергюс подкрепление? Пусть охраняют не только здешние склады, но и припасы шотландцев.

Тут входная дверь распахнулась, и в зал вошли Вулфгар, его дочь и дюжина воинов. Причем у каждого из воинов был в руках узелок. Следом за ними появились музыканты, и все со смехом и песнями стали приветствовать хозяина замка.

Эдрик же нашел их поведение непристойным. Когда такие новости из Данфергюса, веселье это совершенно неуместно.

– Милорд, мы пришли к вам не с пустыми руками. Мы узнали о ваших затруднениях и желаем внести свою лепту. Так устроим же пир по-саксонски, лорд Эдрик!

У Эдрика потемнело в глазах. Конечно, неприятности Бракстона не забота Вулфгара, однако этот человек имеет наглость вваливаться сюда – в главный зал замка! – со своим мясом и элем, словно желает подчеркнуть удручающее положение дел в крепости.

– Вы явились без приглашения, и вы оскорбляете меня в моем собственном доме. – процедил Эдрик сквозь зубы. – Освин! – окликнул он управляющего, пришедшего вместе с саксами. – Освин, разве я не просил вас избавиться от мятежников?

– Милорд, нам нужен Вулфгар и его…

– Это переходит все границы! Вам было приказано проводить гостей до ворот.