– Милорд, нам нужен Вулфгар и его…

– Это переходит все границы! Вам было приказано проводить гостей до ворот. Мы не нуждаемся в их щедрости.

– Милорд, – выступил вперед Вулфгар, – союз между нами был бы выгоден вам. Нормандский король самозванец собирается пойти войной на короля Малькольма Шотландского. Все нормандские рыцари стекаются к Вильгельму со всей страны. Его армии, его корабли… Все они вскоре встретятся в устье реки Тис и пойдут на Шотландию. У нас есть прекрасный шанс свергнуть Вильгельма.

– От ваших речей веет предательством, Вулфгар. Я дал клятву верности королю Вильгельму. Не смейте являться сюда и…

Внезапно раздался пронзительный крик отца Алгара, появившегося в зале.

– Где она?! – кричал он. – Где эта нормандская шлюха?!

ГЛАВА 19

У Кэтрин перехватило дыхание. Отец Алгар наверняка говорил о ней. О Кэтрин де Сен-Мари, дочери барона Генри Лаувета, любовнице сакса.

Они с Эдриком были очень осторожны, но все же кто-то проведал, что они любовники.

– Ради Бога, Освин, очистите зал! – прорычал Эдрик. – Эй, Окта и Гилдас! Гоните их отсюда!

Кэтрин судорожно прижала малыша к груди и попыталась незаметно пробраться к лестнице. Только бы не попасться на глаза священнику, иначе скандала не избежать.

– Пустой зал ничего не изменит, лорд Эдрик! – Отец Алгар ткнул в его сторону костлявым пальцем. – Ваши грехи нанесли нам всем непоправимый урон. Если вы не женитесь на девице…

– И не подумаю! – закричал Эдрик. – Безумные церковники мне не указ…

– Женитесь на ней!

– Нет! – Эдрик грохнул ладонью по столу.

У Кэтрин упало сердце. Глаза ее наполнились слезами. Слова Эдрика больно ранили ее. Услышать, что он и думать не думает о женитьбе на ней, само по себе невыносимо. Но сделать подобное заявление перед саксонским мятежником и его людьми – это уже слишком.

Она передала Эйдана Гвен и выбежала из зала по заднему коридору. Затем остановилась и, осмотревшись, свернула в первую попавшуюся комнату. Прикрыв дверь, Кэтрин прислонилась к ней спиной и дала волю слезам. Она оплакивала свои потери, а больше всего – несбыточную мечту о любви Эдрика.

Конечно, она знала, что их с Сесиль брак был очень неудачным, поэтому Эдрик и поклялся, что никогда больше не женится. Но все же в глубине души она надеялась, что он передумает. Увы, ее надежды не оправдались.

Кэтрин со вздохом села за массивный дубовый стол, сдвинула в сторону какую-то толстую книгу и пергаментные листочки и опустила голову на руки. Их время с Эдриком вышло. Она не способна стать его любовницей открыто. И это куда больший позор, чем возвращение в Кеттвик после похищения скоттами.

Шотландцы не лишили ее невинности… она сама добровольно подарила ее Эдрику.

Но теперь, когда ее вынудили посмотреть правде в глаза, она не может продолжать грешить. Но оставить обитателей Бракстона умирать от голода тоже не может. Ведь у ее отца полные кладовые…

Она всхлипнула и тут же утерла глаза. Какой прок лить слезы? Ведь она с самого начала знала, что ей придется покинуть Бракстон-Фелл. Как только гости уедут, она найдет Эдрика, скажет ему, кто она такая на самом деле, и скажет, чем ее отец может помочь им.

Кэтрин встала и подняла с пола несколько листочков пергамента. Ее внимание привлекла печать на одном из них – печать самого короля Вильгельма!

Обращаясь с листком, как с огромной драгоценностью, Кэтрин подошла к настенному факелу. Дружеский тон грамоты удивил ее. Неужели она неверно истолковала то, что говорилось в этих стенах о приказах короля Вильгельма? Девушка пробежала глазами второй документ – письмо от барона Ги де Криспина, отца Сесиль.