— Я буду любить его.

— Нет. — Вики покачала головой. — Разве ты сможешь себе такое позволить? Это ведь тоже привязанность. Это поставит под угрозу твою драгоценную независимость, а ты этого не хочешь.

— Виктория…

— Я Вики. И что дальше? — грозно спросила она.

— Может быть, поспим?

— Как я могу спать? — воскликнула она. — Как я могу спать, когда у меня был такой чудесный день, и я научилась плавать, и я видела дельфинов, а теперь лежу в постели с самым потрясающим мужчиной из всех, каких приходилось встречать… И ты предлагаешь мне спать?

Проклятье, она чувствует то же, что и он!

— Я…

— Ты принял холодный душ, — осторожно произнесла Вики. — У тебя были ледяные руки, когда ты лег в постель. Думаешь, моя ванна оказалась намного теплее?

— Виктория…

— Это невозможно! — выпалила она. — Мы не долго продержимся на одном холодном душе. Я уже схожу с ума, а впереди еще двенадцать месяцев!

— Виктория, если вести себя разумно… — попытался урезонить ее Джек.

Но с нее было достаточно! Вики села в постели, и в свете луны Джек увидел негодование, сверкающее в ее глазах.

— Почему мы должны вести себя разумно?

— Потому что…

— Почему? — Она вдруг заметила, что сжимает в руках одну из подушек, и отшвырнула ее в темноту. — Дурацкая подушка!

— Виктория…

— Не называй меня Викторией! — Она пришла в ярость. — Ладно. Вот тебе правда. Я не хотела говорить тебе… но это слишком велико, чтобы скрывать. Я не могу ходить вокруг да около, как ты, и прятать голову в песок все эти двенадцать месяцев.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Но он понимал.

— Ты не чувствуешь того, что происходит между нами?

— Нет!

— Лжец!

И это слово повисло между ними. Как угроза. Как правда…

А затем Вики глубоко втянула в себя воздух, набираясь смелости. Каким бы ни был результат, она должна это сказать.

— Я люблю тебя, Джек Эском, — со злостью произнесла Вики.

Она злилась на него. Она злилась на себя. Но теперь ей казалось, что другого выбора нет.

Он был так близко! И здесь было так много подушек!

Еще одна из них полетела в угол комнаты.

— Я люблю тебя, — повторила она. — Я знаю, это глупо. Это глупо, глупо, глупо! Но ты выбрал меня, ты спас меня от жизни в нищете, ты повез меня в Лондон и устроил два чудеснейших пикника, ты купил мне самые сексуальные трусики на свете… а теперь даже не хочешь на них смотреть. И ты спас меня из-под колес машины и разрешил взять потрясающего кота…

Действительно потрясающего…

— Мы говорим здесь о Монблане? — осторожно спросил Джек, и Вики, свирепо взглянув на него, швырнула на пол очередную подушку. Казалось, она и его готова была отправить следом.

— Помолчи! — Она была вне себя. — Просто слушай. А потом ты предложил моему брату стать твоим шафером и стоял там в умопомрачительном смокинге, и улыбался мне, и давал эти клятвы! И ты преподнес мне в качестве свадебного подарка то, что потребовало бы многих недель труда. Да нужно быть ненормальной, чтобы остаться равнодушной ко всему этому, а я совершенно нормальна. Я по-настоящему, безумно, глубоко влюблена в тебя. Ну вот, я и сказала. Можешь делать с этим все, что пожелаешь, Джек Эском.