В это время в парадной гостиной Кайл представил Стива отцу Эвансу. Улыбчивый, любезный священник держал себя так, будто предстоящее бракосочетание одной из богатейших женщин Денвера и никому не известного мужчины было обычным делом.

 Ханникат выглядел необычно в праздничном костюме, с тесным крахмальным воротничком и без оружия — во всяком случае, его не было заметно. Однако присутствие Лобера и Эрни, осмотрительно расставленных у дверей, было серьезным предупреждением Стиву.

 Принимая ванну и одеваясь к свадьбе, он обдумывал свои шансы на освобождение. И женитьба по принуждению, и вполне реальная виселица или пуля в спину были одинаково отвратительны. А Кэсс Клейтон, хотя деспотичная и холодная, была все же женщиной, притом чертовски привлекательной. Ему придется жениться на ней, лечь с ней в постель и выполнить условия сделки. Он похлопал по карману, где лежало золотое обручальное кольцо, тоже выбранное ею. Теперь, когда она будет контролировать свою драгоценную империю, он с чистой совестью может уйти и получить развод.

 Оставались две проблемы: будущий ребенок без имени и Вине Тэннер. Конечно, он наймет новых людей, которые найдут уже остывший след Тэннера. Но ему придется покинуть сына или, еще хуже, дочь, которых Кэсс могла возненавидеть. Он вдруг почувствовал себя обделенным, однако отбросил тревожные мысли.

 На лице Кайла появилась широкая улыбка, и он пошел к двери.

 — Ну, дай посмотреть на тебя!

 Он с восхищением ваял Кэсс за руку. В атласном платье цвета слоновой кости, с маленьким молитвенником в белом кожаном переплете, она выглядела очень изысканной. Платье было простым, совсем не свадебным, но эта простота только подчеркивала очарование Кэсс, се стройную фигуру и порозовевшее лицо. На светлом фоне платья особенно красивыми казались ее роскошные медные волосы и янтарные глаза.

 Кэсс беспокойно огляделась, найдя взглядом ненавистного Смита и Кларка Мэтьюза. Адвокат убедил ее, что «кузен» является необходимым свидетелем на свадьбе. Крис Альдерс радостно улыбнулся ей, а отец Эванс добродушно кивнул. Она посмотрела туда, где стоял он — высокий, красивый, в дорогим шерстяном костюме, который она сама выбрала. Заглянувший сквозь витраж окна солнечный луч высветил его густые каштановые локоны. Он был элегантен и безразличен, каким только и мог быть человек, рожденный в состоятельной семье, с хорошим воспитанием.

 Кэсс вдруг испугалась. Что она знала об этом человеке? Может, она ошиблась в выборе? Она посмотрела на тощего Кларка Мэтьюза, а потом подумала о толстяке Беннете Эймзе. Нет, Стив Лоринг был единственным, кого она могла выбрать.

 — Давай поскорей разделаемся с этим, — прошептала она Кайлу, — и отошлем Смита к его бумагам. Кайл усмехнулся.

 — Бьюсь об заклад, он сначала побежит к Байерзу. Надеюсь, у тебя уже есть история для «Роки Маунтин Ньюз», потому что завтра она тебе понадобится.

 Вцепившись в молитвенник, как в спасительную соломинку. Касс прошла через комнату, на ходу кивая собравшимся.

 Кайл подвел ее к Стиву, и тот, заметив ее состояние, тихо сказал:

 — Хорошо, что это не букет, а то бы вы уже смяли его.

 В его глазах плясали насмешливые искры, и она ненавидела его за его кажущееся спокойствие: «Конечно, он спокоен. Он знает, что будет сегодня ночью. А я нет». Но еще больше она ненавидела свой собственный страх.

 Церемония заняла несколько минут. Как только отец Эванс произнес последние слова. Касс быстро отвернулась от Стива, чтобы избежать его поцелуя, и взглянула на адвоката:

 — Надеюсь, мистер Смит, документы у вас с собой? На эту процедуру тоже не понадобилось много времени, но Смит, назойливый, как всегда, тут же уточнил:

 — Вы, конечно, понимаете, что сделали только первый шаг в выполнении условий завещания.