«Я просто нервничаю. Ничего страшного, позволю ему сделать все необходимое и отошлю прочь». Она сравнила интимную близость с тем, что наблюдала у скота. Конечно, непривлекательно, но выполнимо.

 Без стука открыв дверь, вошел Стив. Она в ярости вскочила.

 — Как вы посмели войти сюда без разрешения? Она прижала руки к груди, словно старалась спрятать то, что обнажал шелк персикового цвета.

 — Дорогая, — тихо произнес он, ощутив неожиданный прилив нежности. Она выглядела такой испуганной, и это тронуло его.

 — Я дал вам полчаса и даже прибавил лишние десять минут, Кэсси. — Он криво усмехнулся. — Если вы меня не ждали, могли бы запереть дверь.

 Она опустила руки и неловко пошла к большой кровати с откинутыми одеялами и взбитыми подушками.

 — Выйдя за вас замуж, чтобы иметь ребенка, я не могу позволить себе такую глупость, — с трудом проговорила она. — Только кончайте с этим поскорее!

 Она подошла к стене и хотела задуть газовую лампу.

 — Не надо. Я хочу видеть вас, — остановил ее Стив.

 Он ваял ее руку, нежно поднес к губам и, целуя ей пальцы, другой рукой прижал Кэсс к своей груди.

 Она почувствовала, как у нее закружилась голова, но тут на помощь пришла отрезвляющая мысль: это соблазнительное удовольствие ничего общего не имеет с поставленной целью. Ей нужен только ребенок, и все.

 Высвободившись из его объятий, она снова протянула руку к лампе.

 — Я хочу поскорее покончить с этим, вы тоже. Мы едва ли похожи на влюбленных.

 Он удержал ее руку, на этот раз более грубо.

 — Да, мы не влюбленные, Кэсс, но, торопясь закончить наши брачные отношения, ты упускаешь нечто важное. — Он подождал, пока она заставила себя поднять глаза и встретиться с его пристальным взглядом. — Ведь ты невинна, Кэсс, правда?

 — Да, — А значит, — продолжал он, словно убеждая не очень смышленого ребенка, — тебя нужно подготовить, иначе тебе будет больно и неприятно.

 Он вздохнул, увидев ее тревожный взгляд, и снова притянул ее к себе. Решив, что слишком унизительно смотреть на него, она опустила голову ему на грудь. Он погладил ее по волосам, потом нежно провел рукой по спине. Она не пыталась отстраниться.

 — Не понимаю, зачем это, — раздраженно прошептала она.

 Его грудь задрожала от смеха.

 — Ты сейчас думаешь о лошадях и коровах, не так ли?

 Лицо Кэсс вспыхнуло. Хорошо еще, что он ничего не видит.

 — Это занимает несколько минут, и они не… — она подыскивала нужные слова — ., они так не трутся.

 — У животных все намного проще, а женщина должна быть подготовлена к физической близости, особенно в первый раз.

 Он почувствовал, как она застыла, и понял, что она, должно быть, наслушалась ужасных историй от своей матери или ее почтенных подруг.

 — Тебе не будет больно, Кэсс, если я не стану спешить, а ты расслабишься.

 — Не могу. Неужели ты не понимаешь? Ты женился на мне, чтобы избежать виселицы, я вышла за тебя замуж, чтобы получить наследство, а не ради удовольствия. Это бизнес! За тебя заплатили тысячу долларов.

 Он был оскорблен, словно она дала ему пощечину, но сдержался.