Он был оскорблен, словно она дала ему пощечину, но сдержался.

 — Хорошо, тогда снимай халат и ложись. Значит, ты думаешь, что невосприимчива к наслаждению?

 Он поклялся не доставлять ей удовольствия, даже если она будет умолять об этом!

 Однако, взглянув на ее стройное тело, лежащее на кровати, он почувствовал, как его гнев начал утихать. Прозрачный шелковый халат только подчеркивал красоту ее груди и бедер. У него перехватило дыхание, и он чуть не задохнулся от желания Более того, ему захотелось, чтобы и она ответила ему тем же.

 Он, протянул руку к лампе, слегка убавил свет и сбросил на пол свой тяжелый халат.

 Посмотри на меня, Кэсси, — ласково прошептал он, повернув к себе ее лицо.

 Она подчинилась. Взгляд се янтарных глаз перешел с его лица к рыжеватым волосам на груди, скользнул к животу. Она быстро подняла глаза и стала смотреть на его широкие плечи и упругие мускулы. Внутри у нее все дрожало от наслаждения. Ее поразило внезапное желание дотронуться до мягких волос на его груди, ощутить, как напрягаются его мускулы, но она сдержалась.

 Стив скользнул в постель и начал гладить ее руку. Он лежал на боку, наблюдая за ее дыханием, потом, не прекращая ласк, коснулся ее груди. Он почувствовал, как затвердели соски, отчетливо видимые сквозь прозрачный шелк, и припал к ним губами.

 — Как розовые бутоны весной, — шептал он, нежно целуя ее шею.

 Кэсс пронзила неведомая робость, она непроизвольно застонала, ее губы раскрылись, и Стив тут же ответил на ее призыв. Его рука страстно сжала желанную грудь, его рот был теплым и настойчивым. Кэсс положила ладонь ему на плечо, а ее губы устремились ему навстречу.

 Стив застонал. Она услышала его дыхание, почувствовала его желание. И свое. Она хотела, хотела… чего?

 Когда он оторвался от нее, ей вдруг показалось, что она лишилась чего-то. Но Стив продолжал обжигать ее шею горячими поцелуями, стягивал с нее пеньюар, снова целовал уже обнаженную манящую грудь.

 — Ах, Кэсс, ты так красива. Все будет прекрасно, обещаю тебе, — бормотал он, касаясь ее живота.

 Его хриплый от страсти голос, дразнящее прикосновение пальцев к самой чувствительной и волнующе влажной точке ее тела пробудили в ней ужасающее чувство бессилия, полной капитуляции перед безумной страстью. Вот что он имел в виду, когда говорил о подготовке к физической близости. Он отнял у нее разум, волю, все силы!

 Стив почувствовал, как она напряглась, едва он коснулся нежных завитков между ее ногами.

 — Все в порядке, Кэсси, — успокаивающе шептал он.

 Она в ярости и испуге начала отталкивать его.

 — Прекрати, прекрати это! Просто делай то, что нужно! Я не хочу! Я не буду твоей… тварью!

 Ее голос пронзил туман его страсти, как кавалерийская сабля пронзает тело. Стив приподнялся и захватил рукой ее распущенные волосы, чтобы удержать ее голову, мечущуюся на подушке.

 — О, да, приличные женщины не должны наслаждаться этим, не так ли, Касс? — Его голос стал грубым, он с силой навалился на нее. — Раздвинь же ноги, черт тебя побери! Я сделаю это по-твоему, — прохрипел он, и ее бедра инстинктивно раздвинулись.

 Они оба почувствовали мгновенную боль, когда он одним ударом глубоко погрузился в нее. Ее глаза были плотно закрыты, а тело оставалось неподвижным и безжизненным. Она заставила себя лежать спокойно и безразлично, «Господи! — молилась она, сгорая от стыда, — пусть он выполнит свои обязанности и уйдет».

 Он вдруг начал двигаться, очень медленно, словно испытывая ее или себя. Она не знала, кого именно.