— Моя дорогая Жинетт, положа руку на сердце я бы посоветовал тебе прекратить делать вино и засадить весь этот холм капустой. — Я кивнул на видневшиеся в окне виноградники позади дома. — Однако сотни лет назад де Мари поняли, что им никогда не удастся улучшить свой «Пинель», и тогда они бросили все силы на то, чтобы его прославить. Так что теперь ты могла бы продавать самую дорогую во Франции капусту, а следовательно, позволить гораздо лучшие сорта вин для своих гостей.

Она невозмутимо улыбнулась и позвонила в колокольчик, стоявший у ее тарелки. Появился Морис и, собрав посуду, поставил на стол блюдо с сырами и бутылку «Пинеля». Я скорчил гримасу.

Жинетт повернула бутылку, чтобы показать мне этикетку.

— Луи, что скажешь о новом оформлении?

Изображение замка исчезло теперь это была простая наклейка с золотым тисненым шрифтом на белом фоне, причем уже, но длиннее обычной. Бумага была толстой, но почти просвечивающей, как хорошая бумага с водяными знаками.

— Не узнаешь? — вкрадчиво спросила она.

Я с сомнением покачал головой. Что-то знакомое, но…

— Старые английские пятифунтовые банкноты, — усмехнулась она. — Размер и количество надписей те же самые. Никогда не могла понять, почему вы перестали выпускать такие прекрасные деньги.

— Говорят, их было слишком легко подделать, — сердито проворчал я. — Теперь я понимаю, почему. — Я повернулся к Маганхарду. — В Сопротивлении Жинетт занималась подделкой документов: обычно это были пропуска, продовольственные карточки и тому подобное. Приятно видеть, как навыки военных лет приносят пользу в мирное время; не правда ли?

Он выдавил из себя слабую улыбку.

— Мне кажется, мистер Кейн, что именно по этому принципу вы работаете на меня. — Он начал вставать из-за стола. — Прошу прощения, графиня, но я бы хотел отдохнуть. Кроме того, мне необходимо кое-что обдумать.

Жинетт грациозно кивнула.

— Морис вас проводит.

— Постойте, — сказал я.

Маганхард застыл, наполовину поднявшись со стула.

— Я думаю, пришло время узнать чуть больше о том, зачем вы едете в Лихтенштейн.

— Не вижу в этом необходимости, — буркнул он, но все же сел на место.

— Тогда попытайтесь уяснить себе такую вещь: сегодня утром мы все должны были погибнуть. В определенных кругах Бернар котируется выше Харви Ловелла, и я полагаю, что те, кто был с ним, считаются покруче меня. К счастью, у них ничего не вышло, но это означает, что у кого-то чертовски серьезные намерения разделаться с вами. Это во-первых. Вторая проблема заключается в том, что они знают о ваших планах, а я нет. И оба этих факта дают им слишком много преимуществ. Нам уже дважды повезло, но в следующий раз… — Я выразительно пожал плечами.

Маганхард продолжал неподвижно сидеть, уставившись на меня своими глазами стальной статуи. Наконец он спросил:

— Что вас интересует?

— Все, черт возьми!

Глава 15

Он, нахмурившись, посмотрел на Жинетт.

— За нее я ручаюсь, — сказал я. — Мы оба умеем молчать.

Он снова нахмурился, скорее всего вспомнив, что если бы она не умела молчать, то он был бы конченым человеком.

Жинетт холодно улыбнулась и придвинула к нему блюдо с сыром. Он отрицательно дернул головой и повернулся ко мне.

— Мистер Кейн, что вам известно о «Каспар-Актгенгезелльшафт»?

— Только то, что это торговая и акционерная компания, зарегистрированная в Лихтенштейне, которая владеет пакетом акций во многих фирмах, производящих электронику в этой части Европы.