— Больше тридцати лет Костя, — он тоже остановился. Запрокинул голову. — Смотри, какая луна.

Аня последовала его примеру, подняла взгляд к небу. Ответа на свой вопрос она там не обнаружила.

— При чем тут луна?

— Каждая порядочная девушка должна хоть раз в своей жизни искупаться нагишом в море в полнолуние, — назидательно ответил Константин.

После паузы Аня рассмеялась.

— А ты в какой роли в данном раскладе? В роли почтенной дуэньи?

— Я на страже твоей порядочности, точно. Пошли, — он потянул ее за руку. — Мы почти на месте.

* * *

— Нет, я категорически не верю, что ты это всерьез! — Аня с все возрастающим изумлением наблюдала за приготовлениями Кости.

Расстелен плед, на него поставлена выданная ему в отеле корзина для пикника, открыта на предмет «подышать» бутылка красного риоховского.

— Что тебя удивляет? У нас пикник, — пожал плечами Константин.

— Угу. В двенадцать ночи.

— Днем бы ты отказалась купаться нагишом.

— Я и сейчас не буду!

— Да ладно? — Костя в одно движение стянул футболку и бросил на край пледа. Запрещенный прием, но иначе никак. Сложил руки на груди, позволяя Анечке собой полюбоваться. И начал планомерно давить. — Ты трусишка, что ли, младший лейтенант Шевцова?

— За такие слова можно и в ухо схлопотать, рядовой Драгин, — сухо процедила Аня. Кажется, удар достиг цели.

Костя еще раз пожал плечами. И без предупреждения стянул шорты. Белья под ними не было — к чему нам лишние сущности? Не дав Ане времени на размышление, развернулся и быстро зашагал к кромке моря.

— Хочешь дать в ухо — сначала догони!

Решалась младший лейтенант Шевцова долго — Константин успел не спеша зайти по грудь, когда его сзади обхватили руки, а в шею уткнулись мокрые губы.

— Ты чокнутый, ты в курсе? — зашептала Аня. — Не верю, что поддалась на эту авантюру!

Он резко, насколько позволяла вода, развернулся и прижал Анечку к себе. И чуть не рассмеялся от удовольствия. Девушка была абсолютно и прекрасно нагой. Первый пункт плана исполнен, можно взять небольшой перерыв.

Костя лег спиной на воду, и Аня последовала его примеру. Она время от времени лениво двигали руками и ногами и молча смотрели небо. С неба на них смотрела луна.

— Это и правда совершенно удивительно… — тихий-тихий Анин голос прозвучал чуть громче едва слышного плеска волн. — Оно того стоило. Спасибо тебе, Кость.

А вот благодарность мы будем исчислять иначе, и не словами. Константин перевернулся, потянул Аню на себя. И утянул их обоих на глубину поцелуя.

Было что-то совершенно необыкновенное в этом поцелуе. В темноте вокруг, в серебристых рыбках лунного света, прыгающих на поверхности обсидиановой воды, в полной обнаженности двух тел, ласкаемых теплой соленой водой. И он, и она словно растворялись — в воде, в поцелуе, друг в друге. Ее руки обнимали крепко его за шею, а ноги плотно обвивали его бедра. Он плотнее зарывался — пальцами ног в крупный песок дна, пальцами рук — в копну мокрых тяжелых волос на ее затылке. Их губы, языки, пальцы, руки, те участки тела, что соприкасались — вели между собой древний и простой разговор.

— Мы же не будем этим заниматься здесь, в воде? — Костя с трудом заставил себя прерваться. И сейчас его чуть подрагивающий палец скользил по девичьей щеке.

— Здесь нет стенки, о которую можно опереться, — с лёгким смешком ответила Аня. Голос ее слегка прерывался, а грудь то выглядывала, то пряталась в воду.