Моя пятая «жизнь» начиналась крайне паршиво.

Но делать было нечего! Взбив светлые кудряшки, я подхватила Пусю, чемодан и, открыв дверь, решительно шагнула навстречу светлому будущему!

Оно встретило меня сразу двумя новостями. По традиции одной хорошей, а второй плохой. Мое место назначения находилось у черта на рогах – в степях Канзаса. Но автобус отъезжал через полчаса.

Господи, не просто проживание в маленьком городке, а на ФЕРМЕ в сорока милях от него. Что я там стану делать?..

Я забралась в салон и устроилась на выделенном месте, посадив псинку рядом. Во взгляде этого чуда природы смешалось все королевское презрение мира к окружающей ее обстановке вообще и ко мне в частности.

И мы тронулись! С места, что радовало, а не умом. Хотя, быть может, еще не все потеряно.

Дорога оказалась долгой, да еще и пыльной. Стоило автобусу открыть дверь на остановке, как салон наполнялся каменной взвесью, и я немилосердно чихала.

В завершение всего оказалось, что автобус останавливался на повороте и до фермы Энтони Хоупа нужно было идти еще минут пятнадцать. По пыльной дороге. С чемоданчиком. На шпильках. С чихуа хуа в руках, потому что Пуся сама идти отказалась!

– Мне уже не нравится эта работа, – пыхтела я, сдувая со лба прядь волос.

Вокруг было тихо и жарко. Очень жарко.

Наконец то впереди показались признаки жизни, и, прищурившись, я окинула быстрым взглядом отчетливо видные постройки. Большой двухэтажный дом в деревенском стиле, сложенный из бревен медового оттенка, с просторной верандой. Вдалеке стояли водонапорная башня и ветряной генератор. И, конечно же, хозяйственные постройки, по всей видимости, конюшня и… да, судя по мычанию, коровник.

Приятная дрожь предвкушения прокатилась по телу. Как же я хочу принять ванну! Или прохладный душ? Ох, мечта дня!

И скажу, что к своим обязанностям я приступлю с завтрашнего дня. Справлялись же тут с восьмилеткой без меня, верно?

Воодушевление сыграло злую шутку, потому как из за спешки я не смотрела под ноги и умудрилась вляпаться… в общем, вляпаться.

– Фу у у… – выдохнула я, лихорадочно ощупывая сумку в поисках влажных салфеток.

– Оу, мисс! – очень «вовремя» раздался рядом веселый голос. Подняв глаза, я увидела смуглого пожилого мексиканца, который сбил с затылка широкополую шляпу, почесывая голову и внимательно меня рассматривая. – А вы к кому?

– Здравствуйте. Меня зовут Элеонора Ридли. Я гувернантка, приехала по договору с мистером Энтони Хоупом. Могу я поговорить с ним?

– Гувернантка? – меня окинули удивленным взглядом с макушки до пяток. – Э м м… Хорошо. Подождите на веранде.

И, развернувшись, он быстрым шагом направился к одной из хозпостроек. А я поковыляла в указанном направлении, с трудом сдерживая желание выругаться вслух. Все же тут рядом ребенок бегает, еще нахватается плохого.

Быстро очистила туфлю, но, протирая обувь в последний раз, чуть пошатнулась, после чего все же выразила отношение к ситуации.

– Вот… дерьмо! Что за дыра?!

– Здравствуйте, – мрачно донеслось до меня.

Торопливо выпрямившись, я развернулась к говорящему и… обомлела.

В нескольких метрах от меня, опираясь плечом об одно из несущих бревен веранды, стоял обалденно красивый мужик. Ковбой с разворота женского журнала, ей богу! Мощная грудь, ровный загар на обнаженных плечах и мелкие капельки влаги на коже, и еще эта шляпа… Нет, на картинках в инете или в телевизоре таких, конечно, много, но вот так, лицом к лицу… первый раз!

Он двинулся вперед, и я залипла на зрелище перекатывающихся под майкой мускулов, а после мужчина заговорил.

Дева Мария! Вот это экземпляр!

– Элеонора Ридли? – смерив меня недовольным взглядом, уточнил «экземпляр».