— Кто же из них убил моего отца? — спросила Натали. Она поплотнее закуталась в свитер и зябко обхватила руками тело, словно ей было холодно.

— Не знаю, — ответил Сол.

— А эта Мелани Фуллер... Она тоже была одной из них?

— Наверняка.

— И это могла сделать она?

— Да.

— А вы уверены, что Нины Дрейтон нет в живых?

— Я был в морге. Видел фотографии с места убийства, читал отчет о вскрытии.

— Но она могла убить отца до того, как погибла сама?

Сол с минуту подумал и кивнул.

— Вполне возможно.

— А этот Борден... или оберет... Предполагается, что он погиб в авиакатастрофе в прошлую пятницу. Сол снова кивнул.

— Вы уверены, что он погиб? — спросила Натали.

— Нет, — твердо ответил он. Натали встала и принялась расхаживать взад-вперед по маленькому крыльцу.

— А у вас есть доказательства, что он жив?

— Нет, — вздохнул Сол.

— Но вы полагаете, что он жив? И что либо он, либо Фуллер могли убить моего отца?

— Да.

— И вы все еще хотите разыскать его? Этого Бордена, или фон Борхерта, или как его там зовут?

— Да.

— Господи, Госпо-оди-и... — Натали встала, прошла в дом и вернулась с двумя стаканами бренди. Один она подала Солу, другой выпила сама, залпом. Нащупав в кармане свитера пачку сигарет, она вытащила ее, нашла спички и дрожащими руками прикурила.

— Вам вредно курить, — тихо заметил Сол. Натали только хмыкнула в ответ.

— Эти люди — вампиры, ведь так? — спросила она.

— Вампиры? — Сол тряхнул головой, не совсем понимая, что она имеет в виду.

— Они используют людей, а потом выбрасывают их, словно пластиковую упаковку, — сказала она. — Они вроде тех дурацких вампиров, которых показывают по ночному каналу, только эти существуют на самом деле, так?

— Вампиры, — повторил Сол почему-то по-польски. — Да. — Он снова перешел на английский, — аналогия неплохая.

— Ну хорошо, — сказала Натали. — И что мы теперь будем делать?

— Мы? — Слово это, казалось, удивило его. Он потер руками колени.

— Мы, — повторила Натали, и голос ее задрожал от гнева. — Вы и я. Мы с вами. Вы ведь рассказали мне все это не просто, чтобы провести время. Вам нужен союзник. Ну хорошо. Что нам делать дальше?

Сол почесал бороду и покачал головой.

— Я не совсем понимаю, зачем рассказал все это, но...

— Но что?

— Это очень опасно, Фрэнсис, да и другие... Натали подошла к нему, наклонилась и слегка дотронулась до его руки.

— Моего отца звали Джозеф Леонард Престон, — тихо сказала она. — Ему было сорок восемь... Шестого февраля ему исполнилось бы сорок девять. Он был очень хороший человек, хороший отец, хороший фотограф и очень неудачливый бизнесмен. Когда он смеялся... — Натали перевела дыхание. — Когда он смеялся, трудно было не смеяться вместе с ним.

Несколько секунд она стояла так, слегка наклонившись, ее пальцы лежали на его запястье, рядом с выцветшими синими цифрами, напоминавшими о трагическом прошлом. Помолчав, она спросила:

— Что вы намерены делать дальше? Сол вздохнул.

— Пока не знаю. Мне нужно лететь в субботу в Вашингтон, кое-кого повидать, получить информацию... Выяснить, остался ли жив оберет.