|
Едва я открывала рот, чтобы позвать Атли, как в него тут же попадала вода, такая холодная, что от нее до боли сводило зубы. Меня бросало, словно тряпичную игрушку из стороны в сторону, я судорожно пыталась хоть за что-нибудь уцепиться и выбраться из потока, но мои руки бесполезно скользили по мокрым камням, и течение несло меня все дальше и дальше. Наконец, когда я обессиленная уже решила сдаться и перестала бороться с течением, как меня швырнуло на огромный камень, и тут же чья-то рука, схватив меня за шиворот куртки, вытянула меня из воды, протянула по камню и вот я уже лежу на снегу, жадно хватая ртом воздух. Перевернувшись на спину, я уставилась в небо и только через некоторое время посмотрела на лежавшего рядом Атли, и в ужасе вскочила на ноги. Весь снег вокруг него был залит кровью. Он лежал на снегу и тяжело дышал, глаза его были закрыты, из уголка губ тонкой струйкой стекала кровь. Я взглянула на его спину и отвела глаза при виде огромной рубленой раны. Топор, поняла я. Когда мы прыгнули, один из Охотников метнул нам его вслед.
— Атли! — прошептала я, опускаясь рядом с ним на колени, — Я сейчас помогу, — я протянула к нему руки, но он открыл глаза и прошептал: — Ты не успеешь, уходи! Охотники будут здесь с минуты на минуту. Даже если ты сейчас меня вылечишь, мне все равно нужно будет время, чтобы восстановиться, я не смогу идти, — он натянуто улыбнулся, — напрасно я убегал из Харанйоля. От судьбы не уйти. Внезапно я услышала странный звук и, оглянувшись, увидела появившегося из деревьев одного из охотников. Он был невероятно огромного роста, одетый в куртку из меха и теплые штаны, заправленные в высокие сапоги. На плечах Охотника лежала шкура убитого волка, огромные лапы которого свисали у самой груди мужчины. Увидев нас, наемник улыбнулся, но как-то криво и внезапно рванул вперед. В его руке в мановение ока возник длинный остро заточенный нож, лезвие зловеще сверкнуло. Я продолжала стоять, глупо уставившись на Охотника, который увидев, что жертва даже не пытается бежать, приостановил свой бег и уже более спокойным шагом стал приближаться. Он ступал почти бесшумно, словно дикая кошка. Даже снег под его ногами хрустел едва слышно. Я нагнулась к Атли и словно обняла его, защищая, а на самом деле незаметно вытащила из-за пояса пастушонка нож и спрятала в рукаве. Атли покачал головой. — Беги, — сказал он, — Еще не поздно. — Он один, — шепнула я в ответ, — Скорее всего они разделились, чтобы прочесать оба берега. У нас есть шанс! Атли попытался приподняться, и ему это удалось, хотя с большим трудом. Увидев усилия жертвы, Охотник засмеялся и в два прыжка оказался рядом. — Вот вы и добегались, — сказал он низким тяжелым как метал голосом. Я подняла глаза и посмотрела наемнику в лицо, стараясь не выказать своего страха. — Госпожа просила убить только девочку, — Охотник смерил меня насмешливым взглядом, он прекрасно понимал, что я ему не противник и что я в любом случае далеко не убегу. Потом он перевел взгляд на раненого Атли и продолжил, — А на счет мальчишки она просила, чтобы я вернул его обратно живым, только вот Йорван приказал иначе, — с этими словами Охотник схватил Атли и притянул к себе намереваясь перерезать парнишке горло, когда я с вскриком рванулась вперед и всадила тонкий нож Охотнику в бок. Он от неожиданности ахнул и разжал руки. Атли упал в снег одновременно с наемником. Я знала куда бить, этот наемник больше никогда не встанет на ноги. С ожесточением, удивившим даже меня саму, я провернула нож в теле мужчины, прежде чем вытащила его и протянула Атли со словами: — Добей! Пастушонок приподнялся и взял нож. Охотник лежал парализованный, глядя обезумевшими от боли глазами на свою смерть в лице раненого молодого парнишки. |
