Полукровка-сетиец отложил пару подкованных казенных сапог и пытался круглым камнем разладить складки на потертых дикарских мокасинах. - Слишком жарко, - сказал он.

  - Разве они не порвались в клочья? - крикнула от груды вещмешков Улыба. - Ты начал хромать, Корик. От меня помощи не жди.

  - Брось сапоги в фургон, - посоветовал Каракатица. - На всякий случай, Корик.

  Солдат пожал плечами.

  Сержант Тарр вернулся из командного шатра роты. - Кончайте сборы. Выходим очень скоро. - Он помедлил. - Кому удалось поспать?

  Ответом стала тишина.

  Тарр крякнул. - Верно. Но сомневаюсь, что завтра будет то же. Впереди долгая прогулка. Оружие готово к бою? У всех? Курнос?

  Панцирник поднял голову глазки блеснули в темноте. - Ага.

  - Корабб?

  - Да, сержант. До сих пор слышу, как она стонет под точилом...

  - Это не женщина, - сказала Улыба. - Это меч.

  - Тогда почему она стонет?

  - Ты ни разу за всю жизнь не слыхал стонущей бабы. Откуда тебе знать?

  - Звучит как женщина.

  - Никаких стонов не слышу, - ответила она, вытаскивая ожерелье ножей. - Оружие в порядке, серж. Только дай мне плоть, чтобы воткнуть.

  - Потерпи, - посоветовал Тарр.

  - Месяцев эдак пять. - Корик смотрел на нее сквозь нечесаные волосы. - Сможешь?

  Она ощерилась: - Если путь через пустыню займет пять месяцев, мы мертвее мертвяков. - Улыба провела острием ножа по глиняному сосуду в оплетке, висевшему у пояса. - И пить свою мочу не стану.

  - Хочешь мою? - предложил Бутыл, лежавший неподалеку, закрыв глаза и закинув руки за голову.

  - Это что, обмен? Боги, Бутыл, ты больной. Знаешь?

  - Слушай, если уж пить мочу, то женскую - если хорошенько потрудиться умом, я могу себя убедить, что это приятно. Или полезно. - Когда никто не ответил, Бутыл открыл глаза и сел. - Чего?

  Каракатица захотел было сплюнуть, но одернул себя. Поглядел на Тарра: - Скрип сказал что новое, сержант?

  - Нет. А должен был?

  - Ну, я о том, что он понимает: нам нужно перейти пустыню?

   Тарр дернул плечом: - Полагаю...

  - Он не сможет, если мы не сможем.

  - Верно, сапер.

  - Он говорил что-то насчет питья мочи?

  Тарр нахмурился.

  Корик подтвердил: - Разумеется, Карак. Все дело в его Колоде Драконов. Новая карта. Мочу Пьющий из Высокого Дома.

  - Какого Дома? - спросила Улыба.

  Корик лишь ухмыльнулся. Поглядел на Каракатицу, улыбка стала холодной. - На карте твое лицо, Карак. Широкое как жизнь.

  Каракатица поглядел на полукровку, на ритуальные шрамы и наколки, знаки сетийского языка, которые Корик вряд ли полностью понимает. На смехотворные мокасины. Но тут же поле его зрения заслонили. Сапер поднял взгляд, встретил темные, обманчиво спокойные глаза Тарра.

  - Просто прекрати, - сказал сержант очень тихо.

  - Думаешь, я что-то затеял?

  - Карак...

  - Думаешь, я хочу проделать в нем пару новых жоподырок? Засунуть в брюхо последний жулек и бросить в телегу? Что-то такое, сержант?

  Корик фыркнул из-за спины Тарра.

  - Положи вещи в фургон, Каракатица.

  - Слушаюсь, сержант.

  - Остальные собирайтесь и готовьтесь. Ночь манит и всё такое.

  - Могу продать мочу, - сказала Улыба.

  - Да, - отозвался Корик, - отдадим все серебро и золото. Только в фургон они не попадут - нужно держать днище чистым, нам еще богатую добычу собирать.