- Значит, - подытожил Тарр, - нас тут никто не найдет. Верно?

  Бутыл заморгал, поскреб заросший подбородок. На ногтях остались кусочки сожженной солнцем кожи и какие-то кристаллы, вроде соли. Он наморщил лоб: - Ну, думаю, так. Если у них нет глаз. Или крыльев. - Он глянул в небо.

  Дыхание со свистом вырывалось из ноздрей Тарра. - Для этого они должны быть здесь, как мы. Но пустыня слывет непроходимой. Никто в здравом уме и пробовать не полезет. Такой расклад, верно?

  "Расклад? Это, Тарр, простой факт. Никто в здравом уме не полезет и пробовать". - Кто-то особенно желает нас найти, сержант?

  Тарр покачал головой. - Колода у капитана, не у меня.

  - Но его карты здесь будут холодны. Безжизненны. Значит, мы толкуем о гадании, которое он сделал перед границей. Кто-то преследует нас, сержант?

  - Не меня спрашивай, Бутыл.

  - Слушай, это смешно. Если Скрипач желает что-то у меня выспросить, может сам подойти и задать вопрос. Тогда я тоже кое-что спрошу.

  - Они слепы, Бутыл? Вот чего желает знать Скрип. Не мы. Они.

  "ОНИ". - Да. Слепота Лупоглазая.

  Тарр крякнул. - Хорошо.

  - Сержант... может, помнишь, кто придумал это имя? Охотники за Костями?

  - Может, сама Адъюнкт. В первый раз я от нее услышал. Вроде бы.

  "Но это невозможно. Арен. Она не могла знать. Уже тогда".

  - А что, Бутыл?

  - Никаких причин, любопытство одно. Всё? Могу я поменяться местами с капралом?

  - Еще один вопрос. Быстрый Бен жив?

  - Я уже сказал Ск...

  - Не его вопрос, Бутыл. Мой.

  - Слушай, я не знаю. И Скрипу то же сказал. Таких людей я не ощущаю...

  - Каких людей?

  - Сжигателей Мостов. Таких людей. Мертвого Ежа, Быстрого Бена - даже самого Скрипача. Они не такие, как мы, как ты и я или Корабб. Не проси объяснить. Суть в том, что я не могу их прочитать, влезть им в мозги. Иногда они словно... не не знаю... словно призраки. Тыкаешься и проваливаешься. А иногда они твердые горы, такие большие, что само солнце не перескочит. Так что не знаю, вот мой ответ.

  Тарр прищурился: - Ты так и сказал капитану?

  - Не знаю, жив или мертв Быстрый Бен, но если биться об заклад... могу представить, как сотня Сжигателей спешат оспорить мою ставку. Даже несколько сотен... Но если предложить пари Ежу или Скрипачу... - Бутыл потряс головой, хлопнул по шее - его кто-то укусил.

  - Ты ставишь, что он мертв?

  - Нет, ставлю, что он жив. И более того. Ставлю на то, что он все еще в игре.

  Сержант вдруг расплылся в улыбке. - Рад видеть тебя с нами, Маг.

  - Не так быстро, Тарр... извини, сержант. Не забывай, я не видел его конца. Говорят, было страшно.

  - Страшнее не бывает.

  - Гм... вот почему я не ставлю ни на что.

  - Худ знает, что Скрип в тебе нашел, солдат. Иди с глаз моих.

  Когда он поменялся местами с Кораббом, Каракатица мигом пристал: - Слушай...

  - Кто я нынче, во имя Худа? Сам Рыбак?

  - Кто? Нет. Корик тут сказал...

  - О чем? Насчет Мочу Пьющего? Скрип не делает собственных карт, Карак. Он не мошенник. Значит...

  - Насчет добычи, солдат. Добычи.

  - Думаю, это был сарказм.

  Улыба ухмыльнулась, но промолчала.

  - Именно. Сам Дассем Альтор положил конец всякому грабежу...

  - Мы завоевывали, не грабили. Оккупируя город, глупо брать добычу и творить насилие. Тронь горожан, и солдаты начнут гибнуть в дозорах.

  - Мы и раньше не вводили такое в обычай.