- Вы малазане.

  - Армия за нашими спинами не малазанская.

  Онос Т"оолан ненадолго замолк. Потом сказал: - К'чайн Че'малле иногда охотились на Имассов.

  - Как и вы охотились на бхедринов, лосей и других зверей. И что?

  - Будучи смертными, мы имели основания их бояться.

  - Лоси убегали, едва завидев вас. Но вы ведь уже не смертные, да?

  - Я здесь, малазане, в поисках войны. И только теперь я стал понимать, что шел в тени все время, с первого появления из пыли около Крепи. Я думал, что стал одиночкой. Но каждый раз, когда я находил себе путь, тень шла следом. Тень НАШЛА меня, как и должно. Я Первый Меч Т'лан Имассов, и от этого не скроешься.

  Геслер закашлялся, заморгал, пытаясь убрать влагу с глаз. - Первый Меч, я понял тебя? Ты встаешь под наше командование только потому, что мы из Малазанской Империи? Прежде чем ответить, знай: Келланвед давно мертв, а его империя нас отлучила. Мы здесь не ради любого проклятого трона и не ради милостей того, кто на троне сидит.

  - Тогда скажи, зачем вы здесь?

  Геслер поднял глаза к сотням Т'лан Имассов, толпящихся на склоне, заполнивших улочки и площадь деревни. Безжизненные лица обращены к нему, взоры давят сокрушительным весом. "Боги подлые..." - Это звучит... глупо, знаешь ли, - сказал он глядя на Буяна. - Когда говоришь прямо.

  - Давай, - проворчал Буян. Лицо его покраснело от бури эмоций, видел Геслер. И сам он переживал то же самое. Воздух, казалось, кипит от жутких сил. - Давай, Геслер, и если мы покажемся дураками... ну, мы переживем, верно?

  Вздохнув, он встал лицом к Т'оолану. - Зачем мы здесь? По правде, сами точно не знаем. Но... думаю, мы пришли исправить старую несправедливость. Потому что надо это сделать. И точка.

  Молчание затягивалось.

  Геслер поглядел на Буяна: - Так и знал, звучит глупо.

  Онос Т'оолан заговорил: - Что ты ищешь на Шпиле, Геслер-малазанин?

  - Сердце Увечного Бога.

  - Почему?

  - Потому, - сказал Буян, - что мы хотим его освободить.

  - Он скован.

  - Мы знаем.

  Онос Т'оолан снова на миг замолчал. Потом: - Вы бросите вызов воле богов?

  - Легко как плюнуть, - сказал Буян.

  - Почему вы хотите освободить Падшего?

  Когда Буян замешкался, Геслер подскочил в чешуйчатом седле и бросил: - Возьми нас Худ, мы хотим послать его домой.

  "Домой". Слово чуть не заставило Оноса Т'оолана встать на колени. Что-то ревело в голове. Он думал, это отзвуки его ярости - но теперь он смог различить в какофонии множество голосов. Не только необузданные мысли Т'лан Имассов за спиной; не только далекое еще отсюда буйство схватки Отатарала и Элайнтов; нет, его оглушало негаснущее эхо ужасной боли этой страны, жизни, что некогда здесь процветала, только чтобы угаснуть и умереть в страданиях. А там, на каменной башне, на растрескавшемся шпиле - центре беспокойного вулкана - где кровь земная течет так близко от поверхности, змеиными лазами окружив основание горы - еще один кусок сломанного, разбитого бога, существа, извивавшегося в муках многие тысячи лет.

  "Как и мы, Т'лан Имассы. Как и мы.

  Тень трона - разве не холодное, страшное место? И все же, Келланвед... ты вправду предлагаешь помощь? Ты решишься бросить нам тень, как щит? Как укрытие? Устыдить нас во имя человечности?

  Я однажды назвал вас нашими детьми.