- Отлично. А ты?

  - Я и Сег'Черок, мы поедем впереди. Хочу осмотреться, особенно у основания Шпиля. Догоните, ладно?

  Буян кивнул: - Вполне. Почему крылатый змей опять не с нами?

  - Откуда я знаю? Иди давай. Увижу вас с первого же пригорка. Позаботься, чтобы вы шли строем, не хочу подставляться ублюдкам.

  Келиз стояла подле Матроны Ганф Мач. Дестриант скрестила руки на груди, понимая, что это инстинктивный жест защиты. Хотя пользы от него мало - не перед лицом того, что грядет. Войны не были частью наследия Эланы. Засады - да, и кровная рознь, и набеги. Но не войны. Сейчас же она побывала в середине войны и движется в середину следующей.

  Хрупкая женщина, сбежавшая некогда из становища, обмерла бы от одной мысли. Плакала бы, трясясь от страха.

  Лишь соки К'чайн Че'малле делают ее решительной, стойкой...

  "В этом ты ошибаешься, Дестриант".

   Она удивленно повернулась, вглядываясь в глаза рептилии. Матрона была рядом, можно было коснуться нависающей головы... - Это ваша смелость, - настойчиво сказала Келиз. - Так должно быть. Во мне нет ничего.

  - Неверно. Твоя смелость дает нам силы, Дестриант. Человеческая сущность ведет нас во тьму битвы.

  Келиз потрясла головой: - Но я не знаю, зачем мы здесь. Не знаю, зачем мы будем сражаться. Мы должны были увести вас подальше от всех, куда-то, где не нужно сражаться и умирать. В место жизни. Мира.

  - Нет такого места. Даже в изоляции нас осаждали сомнения, соки тоски и отчаяния. Ты со Смертным Мечом и Надежным Щитом вернули нас в мир живых - мы пришли из места смерти, но ныне мы займем место среди народов мира. И это правильно.

  - Но так много ваших сегодня погибнет!

  - Нужно сражаться за право быть самими собой. Это борьба на всю жизнь. Есть те, что отрицают наше право, считая, что право есть лишь у них. Сегодня мы докажем обратное. Ты отныне свободна, Дестриант. Ты сделала то, что нужно - ты привела нас сюда. Смертный Меч и Надежный Щит поведут нас в битву, и аромат ветра соединит нас с Т'лан Имассами. Им тоже не чужда надежда на искупление.

  Думая о Геслере и Буяне, Келиз содрогалась. - Защитите их, прошу.

  - Они будут вести. Это их предназначение. Это их свобода.

  Движение сбоку привлекло внимание Келиз - Синн, соскользнув со своего "скакуна" Ве'Гат, пробежала несколько шагов, словно неугомонное дитя. А потом закрутилась в танце. Встала лицом к Келиз.

  - Червь горит - неужели не чуешь? Горит!

  Келиз покачала головой: - Не знаю, о чем ты, Синн.

  Однако девушка улыбалась: - Тебе не оставить пламя позади. Раз найдя, носишь с собой - как меч в руках. Это твои доспехи, пища и вода, тепло в ночи, способ видеть в темноте. И оно никогда не спит, оно движется. Оно ушло от Имассов, когда те отвернулись. Но теперь они увидят: давно знакомое пламя не покинуло их, просто растеклось. Но ведь они не живые, могут не понять. Так многое забываешь, перестав жить. - Она возбужденно махала руками. - Вот что неправильно в лагере ящеров! Нет огней! - Палец угрожающе уставился в сторону Матроны. - ТЕБЕ НУЖНО НАПОМНИТЬ ОБ ОГНЕ!

  Слова, однако, были холодны как лед; Келиз заметила, что обхватила себя руками еще сильнее. Запах масла Ганф Мач вдруг стал горьким - она знала, что это означает.

  "Она боится. Матрона боится".

  Сестра Почтенная смотрела на юг. "Наконец-то враг показал себя". Слишком далеко, чтобы различить что-то в плотной темной массе наступающих легионов. "Маловато.