Клуб «Пропаганда»

— И мы найдем ему эту чертову бабу — мечту его жизни, — закончила Наташа.

— Я все равно не понимаю, как мы это сделаем… — промямлила Маша.

— Блин, Маша, ты меня удивляешь! — Наташа всплеснула руками. — Ведьмы мы или не ведьмы? Найдем астролога, составим тип, проведем сеанс гипноза, узнаем его самые тайные желания… Что может быть проще?

— А может, — замялась Маша, — оставить все как есть? Мне кажется, мы и так уже нарушили все, что только можно нарушить, а тут еще и попытки вмешаться в Божественное Провидение… Добром это не кончится.

— Как ты не понимаешь? — Наташа легла грудью на стол и так сверкнула глазами, что Машу на секунду ослепило. — Как раз добром это и кончится. Мы сделаем настоящее доброе дело! И я лично хочу это сделать не для того, чтобы меня по головке погладили, не ради того, чтобы выслужиться, а для себя, вернее — для него! Мне начхать на всяких Виларий с их статистикой, формулярами и прочей бюрократической чепухой. Они видят только галочки и пунктики, понижения и повышения, а я смотрю на живого человека, который должен остаться живым и прожить свою жизнь достойно.

— А ты уверена, что он достоин… это… прожить жизнь? Что он способен? — спросила Маша.

— Знаешь, — Наташа встала, достала кошелек и выложила на стол несколько купюр, — если ты в этом не уверена, значит, ты не любишь. Любовь, дорогая, — это когда ни в чем не сомневаешься и на весь миллиард уверена — он лучше всех. Ладно, не хочешь — не надо. Сама справлюсь.

Только Наташа повернулась к выходу, Маша дернулась за ней, опрокинув грудью бокал с вином, ухватила Наташу за рубашку.

— Я согласна, — сказала она, а лицо ее из настороженного и недоверчивого стало решительным.

Наташа довольно ухмыльнулась и села на место.

— Скрепим союз? — предложила она.

Маша кивнула.

— Шампанского! — крикнула Наташа и откинулась на спинку стула.

26 мая, 23.48

Кафе «Скромное обаяние буржуазии»

— А я не знаю, за что я его полюбила… — признавалась Наташа, у которой от всего выпитого глаза смотрели в разные стороны. — Он, понимаешь, такой…

— Безобидный… — подсказала Маша, сидевшая, подперев щеку кулаком.

— Ну-у… — Наташа выпятила губу. — Не то чтобы безобидный, а скорее беззлобный.

— Добрый, — добавила Маша.

— Он как ребенок.

— И он не дурак.

— Он умный, но потерявшийся.

— Сошел с правильного пути и заблудился.

— Вот-вот.

Они помолчали — этим воспользовался официант, чтобы предложить «повторить». Маша с Наташей согласились.

— У меня с ним был такой оргазм… — мечтательно произнесла Наташа.

— Какой? — оживилась Маша.

— Офигенный! — Наташа взбодрилась и села прямо. — Мне казалось, что я — вулкан. У меня внутри все бурлит, кипит… Или как там это у вулканов происходит? Мне хотелось искусать, потрогать, зацеловать все его тело, каждый сантиметр! Я с ума сходила, даже плакала от восторга. Он ведь такой гладкий, такой сильный и ласковый, такой пылкий, что я сама себе казалась Клеопатрой — мечтой всех, богиней любви. И у него взгляд такой открытый, доверчивый, страстный. Он умеет подарить женщине счастье.