Редкие беззвучные вспышки стреляющих пушек и клубящийся черный дым из огнеметов удивительно успокаивали Мейса: они означали, ополчение считает, что партизаны находятся по-прежнему где-то внизу, среди деревьев. Он сидел, скрестив ноги, на грязном полу пещеры, неподалеку от входа с висящим на плече компьютером. Всего в паре метров яркий послеполуденный свет скользил по лужайке небольшого утеса, ровного травяного выступа в несколько десятков метров, внезапно обрывающегося вниз где-то на полмили.

Достаточно большого, чтобы принять шаттл класса «Джейдту» производства республиканской «Синар Си-стемз».

Мейс заставлял себя не смотреть в небо. Шаттл прибудет тогда, когда прибудет.

Осталось буквально несколько минут.

Он внезапно понял, что пересчитывает все те раны, что Харуун-Кэл нанес ему, начиная с синяков от выстрелов в оглушающем режиме и заканчивая ожогами, сломанными ребрами, сотрясением и раной от человеческого укуса. Не говоря уж о бесчисленных укусах насекомых, какой-то сыпи на правой лодыжке и волдырей на пятках, которые, возможно, были результатом развивающейся грибковой инфекции…

И это лишь физические травмы. Их можно залечить.

А нефизические травмы: его доверию, его принципам, его моральной уверенности… его сердцу…

Их нельзя залечить спрей-перевязками и бакта-пла-стырями…

Ник, меряющий шагами пещеру позади Мейса., уже протоптал дорожку в тонком слое грязи на каменном полу. Он поднял ружье, прислоненное к стене, в десятый раз проверил его готовность и поставил обратно. То же самое он сделал с пистолетом в набедренной кобуре, затем вновь оглянулся в поисках того, чем бы заняться. Не обнаружив ничего, он вновь начал расхаживать.

– Ну сколько еще?

– Недолго.

– Ты то же самое отвечал и в три предыдущих раза.

– Думаю, все зависит от того, что понимать под словом «недолго».

– Ты уверен, что она придет?

– Да, - солгал Мейс.

– А что если они прилетят до того, как она придет? Ведь мы не сможем ее ждать, ведь шаттл легко отследят все эти ТВК или что-нибудь еще… Если она не придет…

– Мы подумаем, что делать, тогда, когда это случится.

– Ну да, - Ник начал расхаживать от входа пещеры к задней стене, вместо того чтобы мерить ее из стороны в сторону. - Конечно.

– Ник. - Ну?

– Успокойся.

Молодой корун остановился, посмотрел, извиняясь, на Мейса, поправил рубаху и начал нервно теребить пальцами ремень брюк.

– Я не люблю ожидание.

– Я заметил.

Ник присел на корточки возле мастера-джедая и кивнул в сторону карманного компьютера.

– Там есть какие-нибудь игрушки? Блин, я даже в дежарик сыграл бы. А ведь я ненавижу дежарик!

Мейс покачал головой:

– Это мой журнал.

– Я видел, как ты говоришь что-то в него. Что-то типа дневника?.

– Да, что-то типа. Это журнал событий, происходящих со мной на Харуун-Кэле. Для архивов Храма.

– УХ ты. А я там есть?

– Да, И Шрам, и Беш, и Лиш. Депа и Кар Вэстор, и дети из аванпоста…

– Ух ты, - повторил Ник. - Нет, серьезно: ух ты». Это действительно круто. А все джедаи ведут записи?

Мейс не отводил взгляда от джунглей за перевалом.

– Не думаю, что Депа ведет, - он вздохнул и в который раз не дал себе выжидающе посмотреть на небо.