– Я?

– Когда твой человек выстрелит по шаттлу, ты со-вершишь предательство. Будучи вовлеченной в твое преступление, Депа ответит перед судом по тому же обвинению. Ты подвергаешь ее огромной опасности, по-тому что она будет казнена наравне с тобой.

В рыке Вэстора не было слов, лишь презрение и гнев.

– Возможно, тебе стоит приказать своему человеку не стрелять. Пока ты еще можешь это сделать.

– Депа права: джедаи безумны.

– С тех самых пор как я приехал на эту планету, люди раз за разом говорили мне, что я сумасшедший. Они сказали мне это столько раз, что я задумался, а не так ли это на самом деле? Но теперь я понимаю: вы говорите так не потому, что это правда. Даже не потому, что вы считаете это правдой. Вы говорите так, потому что надеетесь, что это правда. Потому что если я сумасшедший, то это означает, что вы не являетесь, =геми отвратительными паразитами со слизью вместо сердца, которыми даже вы сами глубоко внутри себя осознаете.

Но Вэстор, казалось, уже не слушал. Он скрестил огромные руки на груди, так что световые мечи, зажатые в ладонях, исчезли за ультрахромными щитами на бицепсах. Он задумчиво пошел от Мейса в сторону обрыва и, встав на самом краю, сйкинул взглядом джунгли внизу: мелькание металлических пятнышек и отдаленные вспышки лазерного огня наполняли их жизнью.

– Сегодня много патрулей, - прогудел он. - Больше, чем я когда-либо видел.

– Мейс, - прошипел Ник из пещеры позади, - помнишь плохое предчувствие, о котором я говорил? Оно усиливается.

– Да.

– Может быть, тебе лучше вернуться сюда? Здесь безопасно.

– Нигде не безопасно, - ответил Мейс и встал рядом с Вэстором на краю обрыва.

– Я пытался, - промурлыкал Вэстор. - Я сделал все возможное. Даже Депа не сможет сказать, что я не пытался пощадить твою жизнь. Но тебе не свойственна благоразумность.

– Она не в моей природе.

– Как ты сказал ранее: «ты сделал мой выбор за меня». Есть лишь один способ защитить ее от тебя.

– Да Мейс начал погружаться в себя, пока не нашел внутри, посреди усталости и боли, центр спокойствия. Он погрузился целиком в него, и вся боль, усталость и сомнения остались позади:

– Будем драться?

– Мы должны. Жаль, что мы, последние мужчины гхоша Винду, должны быть врагами. Мне бы хотелось, чтобы все вышло иначе, но я знал, что все будет именно так. Депа сказала мне, что ты не особо умеешь проигрывать.

– У меня, в общем-то, не было такой практики. Вэстор с сожалением и уважением кивнул:

– Прощай, Мейс, джедаи Винду…

Легкое движение Силы…

Буквально всполох. Подрагивание. Слабейший импульс, даже не направленный на Мейса… Отправившийся куда-то в сторону деревьев под перевалом..

Сигнал.

Время остановилось, и все замерло в смоле Силового восприятия Мейса.

Вэстор стоит, скрестив руки. Ни малейшего признака угрозы. Щиты зафиксированы на плечах, ладони скрываются под мощными бицепсами вместе со световыми мечами…

Позади него, на самом краю обрыва невооруженный Мейс…

Где-то вдали джунгли колышутся от проносящихся мимо ТВК: рев их двигателей заглушает расстояние…

Позади, в пещере, - Ник. Ружье прислонено к камню, рука сжимает рукоятку пистолета в кобуре, вытаскивая его так быстро, что обычный человек бы просто этого не увидел…

И мужчина, прячущийся в тени джунглей где-то в километре от утеса, плавно нажимающий на курок усиленной бластерной снайперской винтовки, которая выстреливает всето один луч смертоносной алой энергии, устремляющийся из джунглей к обрыву…

Нацеленный в сердце Мейса Винду.

Все это Мейс осознал в одно мгновение, без труда, а уязвимой точкой, которую он увидел и которот воспользовался, стало равновесие Вэстора на кра! утеса.