С другой стороны, взрослый траводав весил в среднем немногим более полутора тонн. Его хватающие конечности - средняя и передняя пары - достаточно сильны, чтобы выдирать с корнем небольшие деревья. Одним из любимых лакомств траводавов были шипы медных лоз, которые по твердости мало уступали дюра-стилу; не раз бывало такое, что траводавы от скуки обгладывали кусочки брони с паровых краулеров.

Да и семь сотен поколений на шкале эволюции не такой уж и продолжительный срок.

Этим траводавам пришлось провести несколько недель в крайне ограниченном пространстве, находясь под действием непрерывного стресса от опасности, что они представляли друг для друга. Чуть ранее в тот день они перенесли безумную бомбардировку, полностью недоступную их пониманию; их развитые инстинкты утверждали, что больше всего это землетрясение напоминало вулканическое извержение. Естественной для траводавов реакцией на извержение была слепая паника.

Трубящие, орущие траводавы бурным потоком полились из туннеля. Ополченцы быстро поняли, что блас-терная винтовка - малоэффективное оружие против полуторатонного монстра, сходящего с ума от переизбытка стрессовых гормонов. И столь же быстро они поняли, что конечности, способные вырывать небольшие деревья, могут с легкостью оторвать и ногу человеку, а челюсти, способные грызть броню, могут буквально одни укусом превратить человеческую голову в кровавую кашу, в которой невозможно будет отличить кусочки шлема от кусочков черепа.

Несколько больше помогли ополченцам их запускаемые на манер ракет разрывные гранаты. При стрельбе вплотную такая граната вполне способна пробить туловище траводава, а ее взрыв внутри превращал траводава в кучу ошметков. А с пятью НаШМами (пусть их турели и не могли достаточно хорошо следовать за прыгающими, крутящимися, бегущими траводавами, зато точная очередь из высокоскоростного пулемета в принципе почти всегда могла остановить то или иное животное) ополчение наверняка пережило бы нашествие травода-вов с приемлемо небольшими потерями.

Наверняка. Только вот следом за траводавами двигалась дюжина акк-псов.

В отличие от паникующих, не разбирающих дороги, пытающихся просто выжить и сбежать траводавов акк-псы вели себя так, как и должны вести себя стайнце хишники: организовано, умно и смертоносно. Они метались меж солдат, разрывая людей зубами и рассекая напополам ударами хвостов. Их острое восприятие моментально говорило им, мертв лежащий человек или лишь притворяется: те солдаты, что пытались прикинуться мертвыми, очень быстро становились ими на самом деле.

Пулеметы НаШМов против бронированной шкуры акков бесполезны, а турели для подвижных акков представляют еще меньше опасности, чем для мечущихся траводавов. У пехоты не было ничего, способного хотя бы поцарапать их; солдаты бросились в разные стороны, что немедленно включило стадные инстинкты акков. Акки перепрыгивали через бегущих, убивали лидеров и вынуждали остальных беспорядочно отступать в сторону бойни у входа в туннель.

Командующий отряда, который с поста на турели одного из НаШМов наблюдал, как картина его победы за какую-то пару минут превратилась в кошмарную резню, сделал единственное, что ему оставалось.

Он запросил поддержку с воздуха.

ТВК, участвовавшие в битве при перевале Лоршан, в тот момент все еще занимались доставкой солдат из зоны вылета возле Орэн-Маса. Когда они получили вызов командующего, где-то треть уже вновь направлялась к перевалу. Синарский «Турбошторм» никак нельзя назвать быстрым кораблем: даже при крутом уходе вниз он двигался всего в полтора раза быстрее звука И все же буквально через несколько секунд рокот двигателей пары дюжин кораблей разорвал небо над перевалом. ТВК скидывали скорость, поднимая нос и используя репульсоры для торможения. Они распахнули люки, выпуская по двадцать рр-солдат, затем выстроились в линию и ринулись вниз, поливать поле боя ракетами.

Ракеты взрывались по всему полю, разрывая на куски не только акков, но и солдат, с которыми те сражались.