И что Кейд мог ответить ей? Он, который в поисках свободы от нее девять лет скитался по миру и в конце концов понял, что вот это знакомое, почти родное гораздо дороже ему, чем свобода.

— Рис сейчас подгорит, — уже совсем другим голосом произнесла Лори, усевшись на стул.

— Лучше рис, чем я, — хмыкнул Кейд и взял ложку.

— Что касается остального… отец был в ярости, что я бросила Рея, — продолжала она свою печальную повесть. — Я не знаю, каким образом, но они были связаны делами, так что наш развод стоил ему кучу денег. А когда я наотрез отказалась вернуться к мужу, отец вообще отрекся от меня. И мать впервые жизни пошла ему наперекор. Но не в открытую. Когда она выбирается в Галифакс, то всегда навещает меня и девочек. Иногда помогает нам деньгами. Поверишь, отец до сих пор ограничивает ее в деньгах.

— А разве по закону тебе не положена половина дома Рея?

— Положена. Но дело в том, что Рей все заранее рассчитал. Он так перезаложил дом, что от его продажи мне досталась очень маленькая сумма. А потом уехал в такой штат, где я не имела права потребовать от него алименты. Я продала мебель с аукциона, но эти деньги пошли на образование для Рэчел и Лидди. Еще немного я отложила на черный день.

— Ты ненавидишь его, Лори?

Она покачала головой.

— Уже нет. Я только благодарю Бога, что не должна больше жить с ним. Мне надо было развестись гораздо раньше, но я верила, что все исправится.

Кейд выложил цыплят на сковородку.

— Ты любишь ужинать при свечах?

Через десять минут румяные цыплята, приправленные ароматными специями, лежали на дымящемся рисе.

— За встречу! — произнес он первый тост.

За ужином они болтали о пьесах, кинофильмах и книгах. Ее непринужденный смех радовал его до глубины души. На десерт он приготовил шоколадные печенья.

— Несколько штук я сделал специально для Рэчел и Лидди, — вскользь сказал он.

Лори перестала есть.

— Правда? Черт, почему у меня все время глаза на мокром месте? Не выношу женщин, которые постоянно хлюпают носом.

Действительно, в ее глазах стояли слезы. Растерявшийся Кейд попытался успокоить ее:

— Да ладно тебе, Лори, подумаешь, пара печений!

— Ничего не подумаешь! Я не привыкла, чтобы обо мне заботились, а ты весь вечер ухаживаешь за мной. И о девочках вспомнил.

— Неужели ты и вправду была так несчастлива замужем?

— Да. Я знала, что совершаю ошибку, уже когда шла к алтарю. Но в то время находилась под таким влиянием отца, что… Мне надо пойти умыться.

Кейд поставил кофе и подбросил в камин пару поленьев. За десертом они опять болтали обо всем на свете, потом он предложил попить кофе у камина.

Он еще не обзавелся подходящими стульями для гостиной, поэтому они уселись прямо на ковер. Только тут он рассмотрел, что ковер в точности такого же цвета, что и ее глаза. Видимо, когда он его покупал, подсознательно выбрал определенный цвет. Но он не стал говорить ей об этом.

— А как коленки Рэчел?

— Гораздо лучше, спасибо тебе. Во вторник она уже пойдет в школу. Как приятно смотреть на огонь, правда? Единственное, почему я скучаю, так это по камину в доме отца.

— Я тоже люблю смотреть на открытый огонь. И решил: когда перееду, обязательно обзаведусь камином.

— Переедешь? — Видимо, испугавшись того, что прозвучало в ее тоне, она поспешно добавила: — Ведь ты только что переехал сюда.

— Я купил десять акров земли во Френч-Бее. Сейчас ремонтируют дом, так что раньше ноября переехать туда не смогу. Там обязательно будет камин.