Она ничего не ответила. Подойдя к кровати, взяла Марвина на руки и вышла из комнаты.

Лидди не любит его. Лидди хотела бы, чтобы в кровати матери был ее отец. А не он, Кейд.

Его одежда была аккуратно сложена рядом на стуле. Кейд оделся, застелил постель, пошел в ванную, а затем на кухню.

— Ну и видок у вас! — Рэчел приветствовала его удивленным возгласом.

Лори сказала:

— Доброе утро, Кейд.

Лидди не сказала ничего.

— В субботу утром мы всегда едим блины и бекон, — продолжала спокойно Лори. — Кофе в кофейнике.

Кейд налил себе кофе и сел за стол. Рэчел хотела знать все подробности о том, что произошло вчера вечером. Кейд ответил на все ее вопросы и съел очень много блинов. Но сразу же после завтрака он объявил Лори, что ему нужно ехать.

Она не стала возражать. Кейд понял, что она заметила неприязнь Лидди. Он попрощался с девочками, чмокнул Лори в щеку и уехал.

Две вещи были совершенно очевидны для него. Он не хотел уезжать и его обижало отношение Лидди. Обижало то, что пятилетняя девочка не любит его. Но это была не просто девочка. Лидди была дочерью Лори.

В понедельник утром ему пришлось выдержать целый шквал добродушных насмешек со стороны механиков гаража. Сэм опаздывал. А когда увидел Кейда, то пришел в ужас.

— Господи, что с тобой произошло?

Кейд кратко объяснил ему, что случилось.

— Ты дурак! Год назад одного такого же, как ты, убили в драке.

— Но ведь я жив, — мягко парировал Кейд.

— Больше никогда так не делай!

— А что-такое? Я же не ребенок, в конце концов, чтобы мне приказывать.

— Я все еще твой босс.

— В гараже мы партнеры, а за его стенами я сам себе босс.

— Ты мне как сын, недоумок, поэтому я так переживаю. Все эти годы я следил за тобой, видел твое отношение к отцу и всегда завидовал ему, что у него такой сын.

Кейд от удивления на минуту потерял дар речи.

— Спасибо, Сэм. Мне кажется, я всегда знал, что ты есть и я могу на тебя положиться.

Они неловко обнялись. Сэм откашлялся и сменил тему:

— Через месяц придет налоговая инспекция. Мне кажется, что ты сможешь предотвратить мой арест. Как наши дела? Управишься?

Кейд рассмеялся.

— Думаю, да. Завтра привезут компьютер, это сильно облегчит задачу.

К тому же отвлечет от тоски по Лори.

Вечером после работы Кейд отправился в фотостудию и забрал портрет Лори с дочерьми. Дома он поставил его на комод в спальне, долго любовался белокурой троицей, но дни до конца недели текли все так же медленно.

Днем в воскресенье Кейд повез Лори во Френч-Бей. Несмотря на радостную улыбку и темно-синий свитер, который необыкновенно шел ей, она выглядела усталой и измученной.

— В чем дело. Лори?

— У Рэчел была температура всю неделю. Она только-только пошла на поправку. Мы поссорились с Лидди, потому что она не хотела, чтобы я ехала с тобой. Я попыталась сказать ей, какой ты хороший, но она разрыдалась и захлопнула дверь перед моим носом. Что-то случилось с компьютером, пропали все файлы. — Она вздохнула. — А так все хорошо.

— Мне очень жаль что так получается с Лидди, — сказал он.

— Надо было рассказать ей про Рея, когда он ушел. Или даже раньше. А сейчас все так сложно. Она все время ждет от него письма… Месяц назад я написала ему, чтобы он прислал ей письмо, но он этого так и не сделал. Как бы там ни было, я не перестану с тобой встречаться из-за того, что Лидди тебя не любит. Потом она привыкнет. Знаешь, детская ревность…

Он очень ждал этих слов. Почувствовав огромное облегчение, он все же сказал:

— Но у тебя сердце разрывается, на части.