— Подвезете до Омска? Я со своим другом разругалась и вышла из машины. Он уговаривал, но я не захотела ехать с ним дальше.

— Дурак ваш приятель! С такой женщиной глупо ругаться. Милости просим. Довезу до места.

Мужчина сгреб пакет со стойки, бросил сотню и сказал девушке:

— Прошу.

Они вышли на улицу. Хозяин бросил пакет на заднее сиденье и сел за руль. Попутчица — рядом. Машина тронулась. До Омска километров тридцать, время пролетит быстро. Что-то владельцу «Тойоты» подсказывало, что дамочка не похожа на неприступную скалу.

— Меня зовут Сергей.

— А меня Аня.

Он глянул на ее коленки. Соблазн велик.

Журавлев лежал в багажнике, придерживая крышку, чтобы она не открылась или не захлопнулась. Пока они ехали по ровной дороге, это ему удавалось, но когда машина свернула на проселок, его начало подбрасывать. Ане быстро удалось совратить толстяка. А что тут удивительного. От такого лакомого кусочка и импотент не откажется.

Машина остановилась. Журавлев откинул крышку и вывалился из багажника. Встав с земли, он подошел к водительской дверце, распахнул ее и достал пистолет.

Желание снимать с дамы платье прошло у хозяина «Тойоты» само собой.

— Вытряхивайся, дружок! — скомандовал Вадим. — Покатался, дай другим.

— Вы чего, стрелять будете?

— Непременно. В глаз при сопротивлении, а закричишь, вышибу пулей гланды с мозгами вместе.

Толстяк вышел из машины. Анна следом. Журавлев бросил ей изоляционную ленту:

— Запасливый! Целый чемодан инструментов с собой возит, будто на «Москвиче» ездит. Но хоть что-то пригодилось.

Толстяк не сопротивлялся, его упаковали, посадили под дерево и положили рядом перочинный ножик.

— Если ты очень ловкий парень, в чем я сомневаюсь, тебе хватит трех часов, чтобы распутать и порезать все узлы. Гимнастика тебе не повредит. «Тойоту» временно одалживаем. Не пройдет и суток, как мы тебе позвоним и скажем, где ты ее сможешь забрать.

Аня принесла из машины сотовый телефон, валявшийся на передней панели.

— Диктуй номер.

Хриплым голосом толстяк продиктовал свой номер.

— Вот и отлично. Только в милицию не заявляй, а то мы обидимся, и ты останешься без тачки.

— Ты понял?

— Понял.

— А это тебе за прокат автомобиля и моральный ущерб.

Журавлев извлек купюру в пятьсот евро и сунул ее в нагрудный карман пострадавшего, после чего направился к машине.

Анна наклонилась и врезала толстяку пощечину так, что у бедолаги зазвенело в ушах.

— Это за моральный ущерб, чтобы больше не трогал порядочных женщин своими погаными лапами!

«Тойота» рванулась с места и будто растворилась в воздухе.

12

 Екатеринбург

 Аэропорт

Три большегрузные машины проехали на взлетное поле. У преследователей такой возможности не было.

— Что будем делать? — спросила Настя.

— Делать? — переспросил Метелкин. — Что мы можем сделать? Надо ставить машину на стоянку, искать лазейку в заборе, чтобы проникнуть на летное поле. Через час стемнеет.

— А дальше-то что? — поинтересовался Влад.

— Не знаю.

Никто ничего не знал. Ситуация могла измениться в любую минуту, и они потеряют последний шанс.

— На ящиках написано: «Новосибирск-Москва— Ницца». Машины проехали сразу на летное поле. Что же, они не будут проходить через таможню?

— Может, и не будут. Похоже, здесь нет таможенного терминала.

— Это как? — удивился Влад.

— А так! — беспомощно развел руками Метелкин.