|
Он попадает в поле зрения коллекционеров. Кто-то им этот орден предложил. Рынок покупателей очень узкий. Я говорю о дорогих и ценных орденах. Покупатель связывается с клубом, а клуб по базе данных выясняет, что этот орден принадлежит мне. Продавца хватают и вынуждают сдать украденное добровольно. Хорошую вещь и купить трудно, и продать. К тому же ордена номерные, внесены в реестр, имеют историю и хозяев. Безымянных наград не существует, существуют серые собиратели, вроде меня, которые не брезгуют скупать ворованное. В некоторых случаях я плачу откуп прежнему хозяину и вношу в реестр клуба орден как свой. Такое правило тоже существует. Я купил награду и притворился, будто не знаю, у кого она украдена, а потом плачу выкуп по каталожной цене владельцу. Вроде бы я поступаю честно. Но ордена попадают к нам и из музеев. Вот об этом мы предпочитаем молчать.
— Хорошо. До базы данных можно докопаться, — согласился Журавлев. — А теперь напрягитесь и постарайтесь вспомнить, кто из посторонних побывал в вашем доме за последний год. Кривенцов допил свой мартини, встал, отошел к окну и долго стоял, заложив руки за спину. Журавлев терпеливо ждал. Наконец хозяин вернулся на свое место. — Часть случаев я отсеял, они не соответствуют запросу. Но один случай очень примечательный. В начале марта у меня в доме произошло короткое замыкание. Пришлось вызывать техпомощь. Большой трансформатор стоит в саду. В нашем поселке неровное напряжение, и многие поставили свои трансформаторы. Кому деньги позволяют. Приехала машина «Техпомощи». Трое парней в голубых комбинезонах. Они все починили, но потом сказали, что в доме придется заменить розетки. А это значит, что они побывали в каждой комнате. У меня более полусотни розеток. Пришлось раскошелиться. — Техпомощь вы вызывали по мобильному телефону? — Нет, по городскому, благо, он у меня есть. На мобильнике шли какие-то странные помехи. — Вот вам и вариант разведки. Кто-то оставался в кабинете хоть на минуту без вас? — Секундочку… Так, так, так… Было такое. Электрик попросил меня проверить выключатели в коридоре. Все ли выключены. Но это не минута, а считанные секунды. — У вас стоит кодовый сейф. Что вы делаете, если забыли код? — Звоню на фирму, обслуживающую эти сейфы, они приезжают и открывают его. — А как они определяют код? — Я должен им продиктовать по телефону заводской номер сейфа. Стальная табличка с номером — на задней стороне слева, в верхнем углу. Вероятно, на фирме есть база данных и они по заводскому номеру определяют код сейфа. А так его не откроешь. Два замка и на каждом надо набрать семизначный номер, зафиксировать каждую цифру нажатием кнопки в ручке. Я не верю в быстрый взлом. Тем более что сейф не надо запирать. Вы захлопываете дверцу, и код мгновенно восстанавливается. — Вы забывали свой код и обращались к фирме? — Со мной такого не было, но в договоре по обслуживанию такая услуга обозначена. Свой код я помню, склерозом не страдаю. — А если вы звоните и просите приехать открыть сейф, вам надо продиктовать номер. Сейф стоит в углу и не прижат к стене вплотную. Чтобы взглянуть на заднюю стенку, понадобится зеркальце. Журавлев встал, достал из нагрудного кармана зеркало, без которого не выходил из дома, подошел к сейфу и просунул его в щель между стеной и задней стенкой сейфа. — Ваш номер А3784000. Заводские таблички всегда крепятся в верхнем левом углу. Как видите, я не ошибся. А розетка находится в метре от сейфа. Мне стоило лишь приподняться, и я зафиксировал номер. А по поводу баз данных и говорить не приходится. Для этого существуют хакеры. А кто обслуживает фирму, выпускающую эти сейфы, узнать совсем просто. И еще вопрос. Машина техпомощи была легковой? — Нет. |
