— В триста девятом номере. Как, где и когда на него выйдут, я не знаю, но «жучок» смогу поставить, только когда он уйдет на завтрак. Универсальный ключ портье мне передал.

— Это дорого стоило, Настя, так что не подведи. Вашенский завтракает рано. Будь готова.

— А ты где?

— На стоянке перед «Метрополем».

— Хорошо, я спокойна.

В трубке раздались короткие гудки. Настя убрала мобильный телефон в сумочку, подошла к входной двери, слегка приоткрыла ее. Вашенский слышал, как Леру приглашал Настю на завтрак, и не стал даже заходить к нему, а ушел в ресторан один. Настя дождалась, пока потомок Зубова сел в лифт, и проникла в его номер. Один «жучок» она установила в телефон, а к внутренней стороне лацкана пиджака прикрепила булавку с крошечной головкой. В головке был вмонтирован очень чувствительный микрофон, действующий в радиусе пятисот метров.

В коридоре стояла гробовая тишина. Настя незаметно перебралась в свой номер и села к зеркалу приводить себя в порядок.

Ровно в десять в дверь постучали.

* * *

Заложив руки за спину, Вашенский ходил из угла в угол просторного номера. Наконец-то зазвонил телефон, и он нетерпеливо схватил трубку:

— Слушаю вас.

— Доброе утро, Яков Александрович, как долетели?

— Лучше не бывает. Вот только я не люблю, когда со мной играют в кошки-мышки. Я человек солидный и не хочу шарить руками в темноте.

— Конечно, конечно. Но в таком же положении находятся еще несколько десятков солидных и состоятельных господ, приехавших в столицу со всех концов света. Вы понимаете, о чем идет речь, и меры безопасности принимаются наистрожайшие. К этому придется привыкнуть и смириться с некоторыми неудобствами. К сожалению, не все еще собрались. Отдыхайте. Выезд из Москвы через два-три дня. Вам позвонят утром в день отъезда и скажут номер автобуса, в который вы проследуете со своим другом. Автобусы будут на гостиничной стоянке. Сопровождающему вас гиду отдадите билет с указанными на нем местами. Конверт с билетом возьмете у портье. С пассажирами и гидом ни о чем говорить не надо.

— И долго нас будут возить по стране?

— До тех пор, пока мы не удостоверимся в вашей безопасности. А потом пересадим нужных пассажиров на другой транспорт. Наберитесь терпения и не беспокойтесь. Всего наилучшего.

Связь оборвалась, Вашенский бросил трубку. Сидящий в машине возле отеля Журавлев снял наушники и выключил магнитофон.

О том, что Вашенскому и Леру забронировали номера в «Метрополе», он узнал несколько дней назад. Тогда-то и завербовали двух администраторов отеля за очень солидное вознаграждение и рядом с гостями сделали номер Насте. Но это было лишь полдела. За последнюю неделю было забронировано тридцать шесть номеров. Журавлев получил списки ожидаемых гостей и показал их Седельникову, человеку, сумевшему объединить коллекционеров в коалицию по возврату всех раритетов их последним хозяевам. Собрался мощный коллектив влиятельных и очень богатых людей со связями, властью и неограниченными возможностями. Детективное агентство Журавлева приступило к операции, и господа коллекционеры, многие имена которых оставались неизвестными, помогали, чем могли. Список гостей был тщательно проработан. Коллекционеры пришли к выводу, что из тридцати шести ожидавшихся иностранцев только двенадцать подходили на роль потенциальных участников аукциона. Что это означало? А то, что потенциальные покупатели орденов разбросаны по разным отелям. Теперь Вадим понял — никто из них до сих пор не знает, где и когда пройдут торги. Устраивать слежку бессмысленно. Их могут повезти по проселочным дорогам, по нескольку раз пересаживать и мотать по России столько времени и километров, сколько нужно, а потом самолетом отправить в Новосибирск или Омск, а то и в Барнаул, потом опять посадить в автобусы.