Тьери молча пересек комнату, все еще держа в руке чашу с вином, потом тяжело сел на кровать.

– Завтра будет охота и, в самом деле, жертвой будет дикий кабан.

Снова у Лэра возникло искушение все рассказать брату, но он сдержался. Чем меньше людей будут знать правду о Николетт Бургундской, тем безопаснее.

– Тьери, – начал он.

– Нет, – брат поднял руку, будто отстраняя слова. – Не говори мне ничего. Я не желаю знать.

– Тьери, задумайся на минуту. Это касается также тебя и Гардинэ. Если Изабелла захватит корону, что станется с твоим тестем?

Долгое время слышался только треск дров в камине. Наконец, Тьери сказал:

– Изабелла здесь, в замке. Достоверно, что де Конше сам назначил охоту для развлечения короля на завтра, – он в упор посмотрел на Лэра. – Король не поверит вам. Он не поверит и мне. Мы ничего не сможем сделать.

Печально, но Лэр понял, что брат прав.

– Ты поедешь на охоту? – спросил он Тьери.

– Да, на рассвете. Когда они планируют убить его?

– Не знаю, – признался Лэр. – Может быть, засада? Хотя они едва ли выстрелят в него на глазах у половины министров. Де Конше должен найти способ отделить короля от основной массы охотников. И если бы мы смогли этому помешать…

– Мы! О нет, нам и приблизиться к королю нельзя. Нас обоих убьют, нас казнят, как братьев д'Олни.

– Тьери, другого выхода нет. Все вместе, втроем, мы могли бы спасти его.

– Мы – втроем! Нет, я запрещаю. Ты не сможешь взять девушку с нами.

– Здесь я не могу ее оставить. Кроме того, верхом на лошади, в мужской одежде, все решат, что это сквайр.

Лэр налил вина себе и остальным.

– А если кто-нибудь вас узнает? – Тьери замолчал.

– В толпе всадников? – возразил Лэр, ставя кувшин на стол. – Не думаю. Я буду держаться позади, – он поднял чашу и отпил глоток вина. – Люди видят только то, что хотят увидеть.

Тьери выпил вино залпом.

– У тебя нервы, как у каменной статуи, – сказал он, со свистом выдыхая воздух. – И слушая тебя, я сам схожу с ума.

После того как они опустошили блюдо с едой и обсудили планы действий, Лэр и Николетт ушли в примыкающую комнату к своим постелям.

* * *

Ранним вечером в тот же день Симон Карл и четверо его вооруженных людей вступили в город Клермон. Поиск де Фонтена и «девушки-служанки» стал для Карла делом жизни и смерти. Карл знал, ему грозит гибель, если тем удастся предупредить короля. Лорд де Конше не тот человек, чьим планам можно мешать безнаказанно.

Группа всадников проезжала по заснеженным улицам Клермона. Люди промерзли до костей и смертельно устали. Понс Верне потер замерзший нос рукой в перчатке и заметил:

– Еще есть время предупредить лорда де Конше.

– Предупредить! – насмешливо ответил Карл, взглянув на своего деверя. – Ты просто идиот. И признаться, что я провалил дело? – он с ненавистью посмотрел на Жана. – Идиоты! – повторил он.

Карл предпочитал не думать о последствиях. Де Конше убьет их. Он должен найти де Фонтена и девицу. Только страх гнал его вперед, ведь он замерз и устал как все. Но еще есть время, говорил себе Симон. Он найдет их. Однако, эта мысль не отгоняла прочь отвратительное чувство отчаяния, которое разрывало его душу.

На площади Карл натянул поводья и остановил лошадь.

– Вы все знаете, что должны делать? – спросил он своих людей.