– А этот парень, – прервал ее размышления Боб, – который ехал с тобой… Он-то сейчас где?

   Анжелу покоробило «ты», на которое так неожиданно перешел Боб. Все-таки они не настолько хорошо знакомы, чтобы «тыкать» друг другу… И все же Анжела сочла за лучшее промолчать по этому поводу. В конце концов, если ее воспитание отличается от воспитания Боба, он едва ли поймет ее возмущение.

   – Этот парень, – вздохнула Анжела – о, если бы она сама знала, где он! – Этот парень скрылся за поворотом и оставил меня с подвернутой ногой и сломанным каблуком…Мы поссорились, – объяснила она.

   Боб как-то странно усмехнулся. Анжела не сказала ничего смешного, поэтому ей была непонятна его реакция. Он скользнул глазами в ее сторону и многозначительно произнес:

   – Вот идиот! Это я о твоем парне. Я бы в жизни не оставил такую красивую девчонку в одиночестве. А тем более, в Шэдоу…

   – Слай – не мой парень, – горячо возразила Анжела. – Он друг моего жениха.

   Боб снова ухмыльнулся.

   – А покраснела-то! – фамильярно бросил он. – Признайся честно, ты решила оторваться с этим Слаем перед свадьбой?

   Теперь Анжелу действительно бросило в краску. Что значит «оторваться»?! И какое право этот тип имеет делать такие выводы?!

   – Вовсе нет! – возмутилась она, метнув на Боба испепеляющий взгляд. – Просто мой жених попросил Слая поехать со мной на фестиваль писателей…

   – «Музыка слога»… Как же, знаем, знаем… Так что, выходит, ты писательница?

   – Выходит, что так.

   – И о чем ты пишешь?

   – О любви, о жизненных перипетиях…

   – О-о! – многозначительно протянул Боб. – Так, значит, я везу знаменитость!

   Анжела даже рассмеялась, услышав такое.

   – Если я знаменитость, то вы, наверное, имеете медаль за остроумие. Не все писатели – знаменитости, Боб, поверьте.

   – Поверю…

   Анжела приоткрыла оконное стекло. Разговор ей надоел, да и фамильярность Боба раздражала. В форточку прокрался свежий ветерок, чуть скрасивший назойливый аромат дешевого одеколона Боба, которым провонял весь салон.

   Городской пейзаж сменился лесопарком. С обеих сторон дороги раскинулись пышнокронные деревья. Если бы Анжела ехала днем и при более радостных обстоятельствах, этот пейзаж вдохновил бы ее. Но сейчас она чувствовала лишь необъяснимую тревогу. Ей казалось, что деревья окружают дорогу непроницаемой стеной, через которую никто не может пробраться.

   Анжела не страдала клаустрофобией, но все же ей стало не по себе.

   – Что-то не так? – поинтересовался Боб.

   В его голосе Анжела услышала напряжение. Она посмотрела в его глаза. Они скользили по Анжеле, осматривая ее не то испытующе, не то оценивающе.

   – Глушь какая, – кивнула Анжела в сторону лесопарка. – Даже как-то не по себе…

   – Это все нервы. Тебе нужно расслабиться, ведь у тебя был тяжелый день. Кстати, не хочешь выпить? – поинтересовался Боб. Он оторвал руку от руля и ткнул пальцем в ящик за сиденьем.