|
Ему было больно от этого, больно вот здесь. — Тагай прикоснулся к своей груди. — Ты это знаешь, Анна. — Он столько страдал… — Да! — Он горячо подался к ней. — Но я видел его в самом конце. Он больше не боялся. Он решил умереть. Как воин. — Это совсем другое! — яростно отозвалась Анна. — Как ты можешь говорить, что это — одно и то же? Мой отец упал под дюжиной ударов мечом, в бою. И хотя мне был ненавистен Черный Змей — ненавистен, как никакой другой мужчина… — Она замолчала. — Иисусе помилуй, что вы сделали с его глазами! — Иисус, — проговорил он. — Твой Бог Солнца. Твой Сын Бога. Он тоже выбрал такую смерть. Я слышал рассказы. Его бичевали, прибили к столбу, прокололи копьем. И он пел свою песню, чтобы вечно жить со своим Отцом на небесах. И чтобы все его люди могли жить. Иисус. Твой отец. Черный Змей. Именно такую смерть выбирают воины. — И ты бы хотел, чтобы я наблюдала, как ты умираешь вот так? — Нет. Но если это случится, знай: я умираю так, как захотел. Как воин моего народа. И Тагай снова протянул к ней руки. Анна тут же отступила назад. Совершенно другим голосом, монотонным и невыразительным, она проговорила, не глядя на него: — Твоя тетка умирает. Ты придешь? Он знал, что Гака больна, но и только. — Да. Прямо сейчас. — Давай я пойду вперед и подготовлю ее. И девушка зашагала по берегу. — Анна! — Он рванулся следом. — Подожди! Она остановила его жестом поднятой руки. — Не надо, — выговорила Анна, а потом быстро скользнула между валунами и исчезла. Тагай повернулся обратно к реке, но теперь игра света на водной поверхности не доставляла ему никакой радости. Между ним и Анной возникла стена, и казалось, ежедневно один из них добавляет в эту стену еще по камню. «Что бы я ни делал, мне нужно позаботиться о том, чтобы она была в безопасности. Чтобы, когда „Морское перо“ вернется, Жаке мог увезти ее обратно во Францию». Внезапно мысль о разлуке с Анной глубоко опечалила его. А потом он снова услышал хруст шагов по гальке. «Она вернулась! — обрадованно подумал Тагай. — Скажи ей те слова, которые тебе так необходимо сказать!» Однако по берегу к нему ковылял Сада. — Что случилось, Тагай? Ты не похож на человека, который пожрал сердце врага! — Мне нужно кое-что сделать. И молодой Медведь хотел обогнуть Саду, но приложенная к его груди ладонь заставила его остановиться. — Тебя вызвали на совет. Тагай удивленно посмотрел на своего двоюродного брата. — На совет? А мне казалось, что там собираются только вожди и старейшины. Сада хмыкнул. — Именно так и бывает — в обычное время. Но, как ты сам видишь, сейчас время необычное. — Он указал за плечо Тагая на реку, куда вернулись каноэ врага. — Да и кроме того, Медвежонок, как боевой вождь своего рода ты просто обязан там присутствовать. — Что ты говоришь, Сада? У тебя мозги запеклись на солнце! Я не боевой вождь. — А кто выполняет эту роль в роду Медведя? Тагай немного подумал. — Его ведь убили во время обороны одного из поселков, так? А его преемника должны назвать завтра, во время пира в честь полнолуния. |
