— Заткнитесь!

— Ах да, я же забыл, что вы понятия не имеете о всех таких-этаких вещах! Вы всегда оставались слишком джентльменом, не так ли? Рассказать вам обо всем этом попоподробнее?

— Закрой грязную пасть, сукин ты сын!

Мэттью пожал плечами. Он опасался, что не сможет даже встать, не то что одолеть этого здоровяка с револьвером в руке. В глазах у него все плыло, он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание.

— Ладно, — сказал Перкинс, немного успокоившись. — Отведите меня к ней, и я отпущу вас.

Внезапно дверь распахнулась и в комнату капитана Хэмптона влетела Кетрин, вскричав:

— Мэттью, с тобой все в…

Дальнейшие слова застряли у нее в горле при виде лейтенанта Перкинса, державшего Мэттью под прицелом.

— О, мой Бог!

— Кетрин? — Уильям в изумлении посмотрел на нее.

При других обстоятельствах Мэттью немедленно бы воспользовался возможностью и выбил бы револьвер из рук лейтенанта, но едва он дернулся телом в сторону Перкинса, как тот перевел на него глаза.

— Мэттью, что случилось? У тебя голова вся в крови! — забеспокоилась Кетрин.

Хэмптон обмяк, сидя на стуле. Он изо всех сил старался не упасть в обморок.

— Ты выбрала для своего визита чертовски не подходящий момент, Кетрин. Я только что сказал твоему приятелю, что оставил тебя связанной в одном укромном местечке.

— Кетрин, с тобой все хорошо? — с тревогой в голосе спросил Уильям.

— Разумеется! А что со мной должно было случиться?

— Он сказал…

— Он все наврал тебе! Он большой мастер на выдумки! Но, Уильям, что ты здесь делаешь?

— Я собираюсь отвести его в штаб. Хэмптон встаньте и повернитесь спиной. Кетрин, ты можешь связать ему руки?

— Конечно, могу, но не хочу! Уильям, неужели ты так и сделаешь? Ведь его же повесят!

— Да, и это наказание будет слишком малой карой за все его преступления.

— У твоего бывшего жениха очень тонкое понятие о чести, моя дорогая! Он хочет отомстить мне руками властей, — Мэттью задирал лейтенанта, и Перкинс, сжавшись от неудержимого гнева, испепелял его взглядом.

Кетрин почувствовала ту животную ненависть, которая связывала этих двоих мужчин, она просто витала в воздухе, распространившись по всему пространству комнаты.

— Мэттью! — резко произнесла она.

Хэмптон, казалось, нарочно злил Перкинса, стараясь довести его до белого каления.

— В твоем положении не стоит бросаться оскорблениями, — сказала Кетрин. — Уильям, послушай меня, ради Бога, не посылай его на смерть! Ну пожалуйста! Дело в том, что… он спас меня! И даже не один раз! Он провел наш корабль сквозь ужаснейший ураган Северной Атлантики, и он унес меня, когда я сама была совершенно беспомощна, из борделя.

— Кетрин!

— Я не могла рассказать тебе всего, Уильям. Мне было стыдно. Но то, что я говорю сейчас, правда, если бы не он, я, наверное, была бы уже мертва.

— Прежде всего, если бы не он, ты не попала бы в бордель — возразил Перкинс. — Кетрин, ты слишком добросердечна. Какое тебе дело до того, что с ним будет? Он похитил, изнасиловал тебя! Я не понимаю, почему ты просишь о его спасении!

— Потому что люблю его! — вспыхнула она.

Испуг в глазах Перкинса так поразил ее, что у нее перехватило от жалости горло. Тихо она продолжала:

— Прости меня, Уильям. Все это правда. Именно поэтому я не могла выйти за тебя замуж.