Оттянувшись назад, рассредоточились и попытались определиться, где именно мы находимся.

– Ты был прав, – прошептал Фрол, достав карту. – Не стали далеко они уходить, на ближайшем удобном месте расположились. Отсюда как раз вправо идти и к колодам бортников выйдем. Если дальше вдоль реки, то через часа полтора где то уже и прииск будет видно. Сюда в джунгли просто так никто не ходит. Вот и засели.

– А дозор?

– Вряд ли далеко от основных сил. Надо попытаться ближе к берегу их обогнуть. Там уже заболоченные участки попадаются, не будут людей для охраны выделять. Скорее по другую сторону еще посадят, между лагерем и хуторянами.

– Согласен… Но нам надо все же пошарить и своими глазами все оценить. Темнеет уже, давай сдвинемся к реке, лежку там себе сделаем. Переночуем и поутру уже со свежими силами прокрадемся поближе.

Время, оно утекает между пальцев, но спешить мне нельзя, никак нельзя. Если напоремся и вместо разведки в драку ввяжемся, то пользы никакой не будет. Надеюсь, прииск и так уже предупредили. Василю конным до телеграфа домчать – это не нам по джунглям ковылять. Поэтому Капитон успеет людей распределить и охрану усилить. Конечно, против такой толпы им все равно не выстоять, но просто так вцепиться в глотку не дадут. А вот если мы точно расположение противника срисуем и успеем с подмогой из города связаться, то можем не просто нападение отбить, а вообще всю банду прямо здесь похоронить. В ножи снять пикеты, вывести стрелков на лучшие позиции и ударить разом. Нанести первый и самый тяжелый урон, затем отбросить к реке остатки пиратов и додавить. А для этого мне придется забыть о захваченных в плен объездчиках и не пороть горячку. Никакой партизанщины. Всего лишь военная целесообразность, от которой желваки так и играют. Кровавая правда войны: жертвовать малым ради большой победы.

Утренний туман еще не успел толком развеяться, как мы уже заняли удобные места для наблюдения. Даже искать особо не пришлось – проскользнули бесплотными духами вдоль реки, рассредоточились среди бамбука и зарослей папоротников. Замерли, наблюдая медленное пробуждение пиратского лагеря.

Да, это не регулярные части. Не солдаты из Благовещенска. И даже не ополченцы. Бандиты, которых даже в сводные отряды не приняли. Так ватагами и расположились. Самые богатые – палатки поставили. Кто победнее – навесы соорудили. Костры жгут, завтрак готовят. Ручей по южному краю сухого пятачка идет, оттуда воду таскают. Нужду справляют лишь чуть отойдя к зарослям. Даже туалеты копать не стали. Видно, что лагерь поставили на скорую руку, пару дней перекантоваться и в набег идти. Но настроение благодушное, ни ругани, ни повышенных голосов. Идиллия.

Считали, сколько народу перед глазами, оценивали вооружение, пытались выделить вражеских лидеров. Примерно через три часа вернулись уже к лежке, там кратко обсудили добытую информацию, и я предложил:

– Ситуация у нас такая. Смену побитый пикет ждал завтра утром. Поэтому у нас день на то, чтобы чужие дозоры с той стороны аккуратно разведать. Набросать – как мы их ликвидировать сможем. И после этого ты, Фрол, с Леонтием на встречу. Нужно дождаться Василя, все ему рассказать и планы нарисовать лагеря. Я беру оставшихся и возвращаемся назад где то на час ходу, устроим засаду. Нужно будет уничтожить стрелков, которых в обход отправят.

– Вчетвером их трудно будет побить, – возразил следопыт.

– Справимся. Нам главное – не нашуметь и не упустить никого. В лагере не должны ничего узнать о пропаже этого отряда. Гранаты я у тебя почти все заберу из рюкзаков. У тропы расставлю, чтобы максимально бандитов побить, затем в четыре ствола выживших дочистим.