Я устроился за стойкой на высоком табурете, погладил полированную столешницу. Внушает. Будто в банке сидишь. Все добротно и выглядит богато.

– И что господину ветеринару нужно?

– От молодых родственников сумел на учебу отправить. Отобрал, кому с животными возиться нравится и оплатил курсы в университете. Пять человек в этом году дипломы получили. Приехал и ко мне сразу в гости пришел. Очень просил разрешить ему прямо здесь летние месяцы на практику потратить.

Я не сразу понял, что это значит.

– Выходит, мы ему все подготовили, и он сразу на всем готовом будет?

– Не обижайся. Ему как раз эти три месяца нужны, чтобы переезд организовать. Вещи отправить, семью на купленную ферму перевезти, чтобы на месте за ремонтом присмотрели. Старый дом продать. И наша клиника для него как подарок небес. В городе его знают, до сих пор помнят и добрым словом поминают. Он поработает, а я в середине августа вернусь, и он потихоньку мне всю клиентуру и передаст.

– Сама разве не наработала бы?

– Несколько лет уйдет. Если он поддержит, то огромным подспорьем станет. С продавцами лошадей сведет, контакты передаст. И потом будем связь поддерживать… Что скажешь?

Что скажу. А ничего плохого говорить не стану.

Во первых, это дело Аглае принадлежит. Я не ветеринар, во врачебные тонкости не вникаю. Но вот получить отличные рекомендации и познакомиться с местными как можно ближе с помощью популярного специалиста – многого стоит. Недаром в мое время хитрые продавцы уходили в другую контору и с собой уносили наработанную базу клиентов.

Во вторых, я пока все равно ближе к Большому Скату буду, мне проще туда наведываться и чаще с женой видеться стану.

Ну и в третьих, спокойнее будет, если Аглая из Новой Фактории на месяц другой уедет. Все же мне пока эти шевеления рядом с городом непонятны. Как только эту проблему закроем окончательно, так камень с сердца и упадет.

– Я не против. За аренду он платит?

– Да. Трофим Родионович не против.

Это хозяин участка. Серьезный мужчина, чуть ниже меня ростом, а в обхват раза в три больше. Борода огромная, брови лохматые и голосина как у дьякона. Я про себя Трофима гномом окрестил, очень уж смахивает. И как у каждого подземного жителя, жилка коммерческая у него развита отлично. У купца несколько личных лабазов, в найм склады сдает и две шхуны грузы по всей округе таскают.

– Отлично. Мы завтра с утра хотели отправляться. Успеваешь?

– Да, я все дела закончила, тебя дожидалась. Две лошади уже под седлами, можно домой ехать. С утра в порту оставим, племянники Мартына сюда вернут.

– А чем заняться на Большом найдешь? Почти три месяца там будешь.

– Смеешься? Поверь, Ванечка с Сашенькой только рады будут, а то уже зашиваются с непривычки.

– Тогда поехали. Поужинаем спокойно и вещи соберем в дорогу. Заодно не забыть Серафиму предупредить. Тимофей то здесь останется, на хозяйстве.

Так за разговором вышли во двор, вывели на улицу лошадей и потихоньку отправились домой. Конечно, на два места жить и накладно, и чуть суматошно. Но я очень надеюсь, что к зиме уже все наладится.

* * *

На Большом Скате мы провели неделю в домашних хлопотах. Команде я объявил отпуск. Груз в арсенал сгрузили и разошлись.

Остановились в нашем бывшем доме. Я поначалу сомневался, что студентов потесним, но молодые ветеринары заверили, что им это только в радость. Все же дом не в городе, в отдалении. Надо привычку иметь самостоятельно жить и с соседями локтями не толкаться.

Валентина нам очень обрадовалась. Было видно, что соскучилась. Мы телеграмму заранее отправили, так по приезду нас уже пироги и пышки ждали.