Татьяна посмотрела и сказала:

— Мне кажется, что это какая-то фашистская эмблема то ли организации, то ли полковой знак. Смущают меня русские буквы или ты хочешь сказать, что это тоже относится к той республике, о которой мы только что говорили?

— Не относится, — сказал я, — но ты сразу на вид оценила, что это фашистский знак. Точно так же весь русский народ воспринимает герб республики как знак, долгое время красовавшийся рядом с фашисткой свастикой. А рисунок, который ты назвала фашистским, называется "юнден", и в первые годы после победы революции в России являлся гербом Калмыкии. И буквы указывали на принадлежность Калмыкии к РСФСР — Российской Советской Федеративной Социалистической Республике. И из-за принадлежности "юндена" к нацистской символике герб был изменен.

— Но ведь герб и гимн это народное волеизъявление, — не сдавалась Татьяна.

— Ты говоришь так, как будто лично участвовала в голосовании за государственный герб и гимн, — усмехнулся я. — Даже в России никто не спросил народ о гербе, гимне и государственном флаге. Царский флаг и герб, коммунистический гимн. Если уж менять, то менять все, и гимном должна быть песня, которую написал артист Михаил Ножкин. Помнишь, в фильме "Освобождение" он играл командира пехотной роты, который пел "А я в Россию домой хочу, я так давно не видел мамы". Давид Тухманов написал для нее музыку. Эта песня-гимн могла бы объединить интересы всех людей в России, она легко запоминается, легко поется, запоминалась бы даже малыми детьми и пелась с чувством гордости за свою Родину. Когда все поют нынешний гимн, я пою этот, потому что это моя Россия, моя Родина и весь мир бы знал и пел этот гимн:

Я люблю тебя, Россия,

Дорогая наша Русь.

Нерастраченная сила,

Неразгаданная грусть.

Ты размахом необъятна,

Нет ни в чём тебе конца.

Ты веками непонятна

Чужеземным мудрецам.

Ты добром своим и лаской,

Ты душой своей сильна.

Неразгаданная сказка,

Синеокая страна.

Я б в берёзовые ситцы

Нарядил бы белый свет.

Я привык тобой гордиться,

Без тебя мне счастья нет!

Я пел песню, а Татьяна сидела рядом и плакала. И у меня непроизвольно увлажнились глаза.

— Ты что, — спросил я, обняв ее за плечи, — по дому соскучилась?

— Я всегда плачу, — сказала она, — когда слышу эту песню. А когда слышишь "Ще не вмэрла" или "Еще не сгинэла", то почему-то злость берет на всех и вся. Правильно ты говоришь, если на бригантине с алыми парусами висит пиратский флаг, то это пиратское судно. Если в гимне мотив мести, то дружбы с традиционными друзьями не будет. Как вы яхту назовете, так она и поплывет. Если страна вступила в НАТО, то о дружбе с Россией она по определению говорить не может, потому что должна вести против России разведку, информационную войну и готовить войска к предстоящей войне с Россией. А у меня ведь в той республике много родственников живет. Получается, что если США прикажет, то братья пойдут против братьев?

— Еще как пойдут, лишь бы заслужить одобрительный кивок заокеанского дяди, — успокоил я ее. — А ты у меня политик.

Наконец, товары были загружены, гребцы прикованы к сиденьям, купцы развалились на палубе, береговые рабы оттолкнули наш корабль в море и старший над гребцами стал подавать команды для выруливания из гавани.