— Мы здесь вообще ничего не делаем, — ответил он, — мы строим энергетическую станцию как космический маяк и генератор космической энергии, которой заправляются наши корабли. И все. И на должность министра я согласился только для того, чтобы строить пирамиды в честь их фараонов.

— А где же эти генераторы космической энергии, — спросил я, — во время раскопок мы не нашли ничего такого, что могло указывать на применение какой-то сверхъестественной техники или какой-то неведомой аппаратуры.

— А ничего сверхъестественного и нет. Все естественно. Давайте мы поговорим об этом позднее, потому что ваши слуховые аппараты и синтезаторы голоса готовы. Сейчас вы будете говорить так, как самые образованные египтяне. — Министр показал нам такие же аппараты, как у него и помог вложить в ухо. — Можете помогать им, если вам это захочется. Сейчас будет торжественный пир в вашу честь, а утром поедем смотреть на пирамиды. Там я вам все и покажу.

— А вы не боитесь доверять нам свои тайны, — спросил я.

— У нас нет никаких тайн, кроме одной, — рассмеялся министр, — но об этом завтра.

Глава 13

Как-то очень естественно принял нас этот пришелец, работающий первым министром у фараона. И он не боится посвящать нас в свои тайны. Чем он рискует? Ничем. То, что он нам расскажет, мы не сможем реализовать, потому что это фантастика, никто в это не поверит и даже палец о палец не ударит, чтобы попробовать что-то сделать. Второе. Нам нужно понять суть того, что используется пришельцами. Сам принцип. Возможно, что реализация принципа будет осуществлена по-другому в соответствии с достижениями нашей науки. Третье. Как-то пришелец намекнул, что все тайное лежит на поверхности и что это будет доступно только тому, кто желает жить со всеми в мире. То есть, если делать не оружие, то человеку могут открыться все тайны природы. У нас, начинаешь делать швейную машинку, а получается ручной пулемет. Посмотрим.

Утро началось утром. У кого-то утро начинается не раньше десяти часов дня, а у кого-то на рассвете.

Нас разбудили в пять часов тридцать минуть. Слуги все понимают с полуслова. Мы понимаем их. На завтрак был подан сладкий виноградный сок и кусок пшеничного хлеба. Отличный завтрак. Глюкоза в соке бодрит и дает силы, хлеб впитывает сок и занимает объем в желудке, создавая чувство сытости. Едем верхом. Министр сидит на лошади как заправский наездник. У Татьяны это, похоже, в крови с генами. Амазонка.

Пришелец обратил внимание на мои часы. Я снял их с руки и подал ему.

— Интересный анахронизм, — рассмеялся он.

— Пожалуй, это не анахронизм, а хронометр — рассмеялся я. — Математическим путем рассчитаны размеры шестеренок, сила завода пружины, скорость движения маятника и все соответствует астрономическим эталонам времени.

— Интересный механизм, — сказал министр, — возможно, что в глубокой древности и у нас были такие механизмы, но у нас есть единые хронометры, которые показывают время от минус бесконечности до плюс бесконечности.

— Как это? — удивился я.

— Очень просто. Задаешь пределы времени и можно узнать, какой день недели был миллион лет назад, и какой день недели будет через миллион лет, — на полном серьезе говорил министр, хотя я подозревал, что это просто шутка, чтобы подтрунить над моими механическими часами.

— Зачем же так надолго, — улыбнулся я. — Это только у нас на земле человек начинается грустить от того, что через миллион лет может произойти Всемирный потоп. Какое ему дело до того, что произойдет через миллион лет, если человеческий век в пределах 70–90 лет?

— Да, для землян нечего беспокоиться, что произойдет через миллион лет, но мы должны загадывать, что будет там, впереди, — механический голос нашего сопровождающего говорил ровно без всяких эмоций.