Я снова сел за стол и стал разбирать черточки на пластинках. Научил на свою голову Крестителя писать по-русски по-своему. И ведь не так уж легко разбирать свой язык, но написанный непривычным образом. Как богослужение наше на старославянском: вроде бы и понимаешь, о чем говорят, а о чем конкретно — понятия не имеешь.

Нормальные люди, которые хотят донести до людей слово Божье, чтобы поняли они его, службы ведут на языке родном. Те же, кто за формой и благочинием не зрят паствы своей, продолжают служить на отмерших языках, говоря, мол, что наши предки на нем общались. Не надо на предков кивать. Вера потому корни свои пустила повсюду, потому что на родной язык все молитвы и службы были переведены.

Сейчас православие и ислам соревнуются друг с другом, кто сильнее в старину ударится в старославянском и староарабском языках. Чем непонятнее, тем таинственнее. Ладно, это их дело. Я же, когда мне бывает нужно отвлечься от дел мирских, беру всегда писание на обыкновенном русском языке, и скажу, что очень интересно читать его как повествование из прошлых лет.

Глава 29

"Что нам станет на том свете, когда мы живем на этом свете, — вопрошали люди и Иумухра.

— Каждому на том свете воздастся по делам его здесь, — говорил Иумухр. — Кто призывал людей драться друг с другом, тому на том свете будет явлен самый сильный противник, который каждый день будет бить его; тот, кто жил богато, на том свете будет нищим, все будут ходить около него и не замечать, что он голоден и что ему нужна помощь; тот, кто брал себе по многу жен, будет окружен костлявыми старухами, которым он должен отдавать свои ласки; тот, кто бил свою жену и детей, тот каждый день будет получать побои, которые он раздавал на свете этом. И говорю я вам, что жизнь на этом свете коротка, а жизнь на том свете бесконечна. Как мы не можем сосчитать, сколько звезд появляется на ночном небе, так никто не может сосчитать, сколько лун будет продолжаться жизнь на том свете. Каждый должен сотворить свою дальнейшую жизнь здесь.

Все были заворожены его словами, потому что большинство жило плохо и питалось только тем, что попадет со стола вождя. Каждый представлял, что на том свете он будет вождем, и вся родня будет ловить объедки с его стола.

Вожди видели насмешливые взгляды людей и представляли то же, что и они, и поэтому они не могли смириться с тем, что им на том свете уготована полуголодная жизнь.

— Он все врет, — закричали они, — мы и на том свете, будем такими же богатыми, как и сейчас, а вы все такими же бедными, как и сейчас. Это мы будем пить сливки, а вы будете довольствоваться тем, что останется.

Иумухр не высказал никакого беспокойства и сказал:

— Легче медведю залезть в мышиную норку, чем богатому быть счастливому на том свете. Он уже присылал своего посланца посмотреть, как мы живем, и определить, кто и чем будет заниматься на том свете. И ушел от нас ангел тот быстро, потому что мы не делаем все правильно и пославший его разгневался.

— Скажи, — обратился Иумухр к безногому, — ты бы мог сохранить ногу?

— Мог, — отвечал безногий, — но вождь послал меня бросить копьем прямо в морду медведя.

— И это видел посланец Его, и ушел Он, чтобы рассказать Ему, — заключил Иумухр. — Из тех, кто ушел на тот свет, еще никто не возвращался, чтобы пожаловаться на свою жизнь. А вы, — обратился он ко всем, — сразу зовете всех своих соседей, если найдете что-то вкусное? Нет, вы сразу тянете это в свой рот, так и те, кто живет на том свете, поступают так же, как и вы: пользуются всеми благами сами и никого туда не зовут.