— Доброе утро, Ирвилла. Мне надо поговорить с Лалилой и отдать ей амулет сквок — ори.

Как же я надеялась, что судьба амулета будет волновать орчанку сильнее, чем моя!

— Боги смилостивились надо мной. — Ирвилла широко улыбнулась и окатила меня высокомерным взглядом. — Лали станет достойной женой моему сыну, ты же была бы позором для всего рода!

Мне бы обидеться, но я благоразумно промолчала. Враждовать с Ирвиллой могут только самоубийцы, у меня с инстинктом самосохранения все отлично.

За спиной орчанки я заметила девушку. Она сидела на земле и перебирала деревянные бусы, никак не реагируя на мое присутствие и известие о кулоне. Странная какая — то. Я забеспокоилась. Все ли с ней в порядке? Сможет ли она исполнить предназначенную роль?

Ирвилла тем временем закончила свою тираду, которую я особо и не слушала, и, громко заявив, что передача силы должна пройти без свидетелей, покинула нас. Я даже не взглянула ей вслед, все мое внимание было направлено на орчанку, которая даже сейчас не оторвалась от своих бусин и не взглянула на меня. Замкнутая и нелюдимая, что с ней произошло?

— Привет. Меня зовут Марьяна. Я жена Ирвиша, — представилась я, подходя к девушке.

— Лали, — ответила она, не поднимая головы.

Осмотревшись вокруг, я вздохнула и села на землю прямо перед ней. Ее пальцы дрогнули, и бусины рассыпались. Мы молча собирали их вместе. Я почувствовала, что девушка глубоко ранена в душе. Пока во мне сила сквок — ори, я могу помочь Лалиле.

Я потянулась за последней бусинкой, и наши пальцы на миг соприкоснулись. Орчанка отдернула руку.

— Прости, я не специально.

Значит, она боится прикосновений.

— Кто — то из орков притрагивался к тебе, отпустив стихию?

«Кто — то» можно было смело заменять на «Арвинг», другие орки не имели привычки отпускать магию и касаться девушек при встрече. Обычно это делали, когда чувствовали симпатию, а сама девушка была готова принять ухаживание.

— Мама учила меня успокаивать стихии, и я подумала, что смогу ему помочь. Его метель не желала слушаться хозяина.

Ее голос был тих, но в нем слышался надрыв.

— Он сделал тебе больно?

Девушка быстро замотала головой и наконец — то подняла взгляд. Таких ярких фиолетово — голубых глаз я еще не видела. Поразительные, завораживающие…

— Он пробудил мою стихию. Его метель и моя вода дрались между собой, а затем застыли льдом.

Взгляд орчанки показывал такую муку и отчаяние! Я не понимала, что значит ее рассказ. Магия Арвинга ее приняла? Тогда почему девушка так расстроена? Неужели орк ей не понравился?

— Ирвилла ошибается, я опозорена. Я не могу принять силу сквок — ори и стать женой Арвинга. Я недостойна такой чести.

— Боги считают иначе. Рейна велела мне передать тебе силу сквок — ори.

— Я не могу. — Орчанка сжала в кулаке бусины. — Я не могу, — твердо сказала она, поднимаясь на ноги.

— Лали.

— Прошу, не надо. Я все решила, — остановила меня девушка и, круто развернувшись, почти выбежала из шатра.

Я поспешила за ней, но на моем пути появились братья, с Лали они разминулись буквально на несколько секунд.

— Она считает себя недостойной силы сковок — ори, — ответила я на невысказанный вопрос мужчин.

— Чушь! — воскликнул Арвинг и хотел поспешить за девушкой.

— Подожди!

Я схватила его за руку.