Ирвиш заломил бровь.

— И что же желает королева моего сердца?

— Хочу открыть в городе лавку по продаже сыров, молока, всего, что изготовляет гальд молочников.

Ирвиш нахмурился.

— Зачем?

— Я узнала, что мы все продаем гномам за копейки, а они, ничего не производя, зарабатывают в разы больше нас. Так нечестно!

Я была полна праведного гнева! Попадись мне сейчас гном, он бы много чего выслушал в адрес всей его расы.

— Марьана, мы вынуждены это делать. Добровольно никто не захочет потерять благословение богов и жить в городе ради торговли.

Возмущение не уходило. Как Ирвиш может быть таким спокойным? Значит, они знают, что гномы их обворовывают, но все равно продолжают сотрудничать с ними.

— Но ведь не обязательно там жить!

Ирвиш устало вздохнул.

— До города ехать на лошади четыре часа, мы…

— А если лететь?! На варганте. Он может перенести и товар, и продавца. К тому же мы будем продавать в лавке, там сделаем склад.

— В лавке еду не продают! Для этого есть выносные лотки!

— А мы будем. Я уже набросала небольшой список ассортимента и несколько идей привлечения клиентов.

Мне во что бы то ни стало необходимо убедить мужа. Если Ирвиш поможет и мой план сработает, то мы избавимся от гномов — посредников. Я судорожно искала слова, чтобы объяснить свою затею, когда Ирвиш, поцеловав меня в нос, шепнул:

— Хорошо.

— Хорошо? Ты согласен? Но ты же ничего еще не видел! Я и не рассказала ничего!

Я растерялась: может, он шутит? Хотя так не скажешь: взгляд уставший, но серьезный, на губах играет легкая улыбка, но он не усмехается.

— Твои глаза горят ярче звезд. Ради этого я готов открыть не одну лавку.

Объяснение мужчины заставило меня остановиться. Никто не говорил мне раньше таких слов, не был готов на такие поступки ради меня. На этот раз я поцеловала его сама, не обращая внимания на наблюдателей. И все равно, что там будут говорить о нас!

В шатре творилось безумие: повсюду лежали вещи, стояли сундуки, Корни, смеясь, бегала с игрушечной лошадкой, а Мальвани, бросая уничтожающие взгляды в сторону Корса, укладывала стопки вещей.

— Привет. Что происходит? Вы уезжаете?

— Марьяна! — Подруга, отбросив сарафан в сторону, поспешила ко мне. — Прости меня, пожалуйста, но я вынуждена уехать с Корни в город. Мне не хотелось оставлять тебя здесь одну.

— Все в порядке. Я не одна, — остановила я взволнованную подругу и, оглянувшись, улыбнулась Ирвишу.

— Ой!

Мальвани посмотрела на нас.

— Я рада за вас.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, а затем, взяв подругу под руку, увела в другую комнату.

— Что у вас с Корсом? Могу ли я тебя поздравить с переездом? — тихим шепотом спросила я у орчанки. Она фыркнула в ответ.

— Я его не убила только из — за того, что Корни полюбила отца! А этот переезд?! Представляешь, Ирльен ему рассказала, что в стане опасно, и он тут же воспользовался своим правом арагиша!

Несмотря на все возмущение, девушка говорила тихо. Ее щеки покраснели, а глаза блестели от праведного гнева! Думаю, Корс любовался этой прекрасной фурией, пока мы не пришли и не испортили все веселье.

— Значит, вы переезжаете в город к Корсу?

— В его дом. — Лукавая улыбка коснулась губ Мальвани, выдавая девушку. — Не представляю, что я там буду делать, — грустно заметила подруга.

— А я представляю! Ты поможешь мне с лавкой! Помнишь, я говорила, что у меня есть план?

Я подошла к сундуку и достала из него небольшую стопку листов.