Тот самый пирог, что я пекла Ирвишу, но достался он варганту. Решительный шаг со стороны Мальвани.

— Он лишь сказал, что, когда я подрасту, стану хорошей женой для кого — то. В его сердце была другая. Он, конечно, не признался мне, но видела, как он смотрел на подругу Васлины.

Я всего несколько раз встречалась с женой Брегма, но миловидная орчанка с мягкими чертами лица и нежным вкрадчивым голосом пришлась мне по душе. Интересно, ее подруга была такой же милой?

— Я злилась, плакала и ненавидела Зоргу, которая не обращала внимания на Корса и волочилась за Арвингом. Он всегда был в центре внимания девушек.

Я улыбнулась. Даже не сомневалась в этом. Отсюда, наверно, его неумение ухаживать. Он, вероятно, ни разу этого и не делал. Зачем? Если стоит лишь улыбнуться, и девушка уже готова стать твоей!

— Как — то вечером я зашла в гости к брату, а там Васлина и Зорга потешались над Корсом. Эта гадина не только оскорбила моего любимого, поиздевавшись над его чувствами, но и высмеяла его боль. Весь род Корса погиб в войне с горными. Он последний выживший. Зорга же хотела войти в сильный многочисленный род и не таясь сказала об этом Корсу. Она даже не поняла, как сильно обидела его! Желание вцепиться ей в волосы было невыносимым, но в шатер вошел брат. Он выставил подругу жены из дома и запретил Васлине общаться с ней. В разгар их ссоры я выскочила из шатра и побежала к реке. Там, по словам брата, Корс запивал свое горе.

— Ты хотела утешить его. Так появилась у тебя Корни? — догадалась я. Старо предание. Сколько девушек было в подобной ситуации? Не сосчитать!

— Да, и я не жалею.

Мальвани вздернула подбородок, готовясь защищаться от любых нападок. Неужели она думает, что я осужу ее? Сколько ей тогда было лет? Восемнадцать или девятнадцать. Сущий ребенок! К тому же первая любовь! Она всегда такая искренняя и головокружительная.

Неудивительно, что орчанка отдалась любимому. Что вызывало удивление, так чем был недоволен сам орк? Почему, проведя ночь с сестрой друга, он не захотел связать с ней свою судьбу? Взять ответственность на себя — самое разумное решение для настоящего мужчины.

— Не пойму, почему ты говорила, что обманула Корса?

Мне хотелось понять поведение орка. Что такого ужасного могла сделать влюбленная девушка, я представить не могла.

— Зорга выбросила его подарок — большой расписной платок. В тот вечер именно он согревал мои плечи. В свете тонкого месяца Корс принял меня за другую, а я позволила ему это. Не остановила, не исправила.

— Он не узнал тебя?

Я была искренне удивлена. Не мог же Корс быть настолько пьян! Да, темнота, да, орчанки все темноволосые и кареглазые, но неужели девушки были так похожи? Верилось с трудом!

— Он выпил много, темно было, — передернула плечами Мальвани.

Страшно представить, каково это — отдавать всю себя без остатка тому, кто представляет другую на твоем месте. Мне хотелось поддержать подругу, но, глядя на ее ровную спину, вздернутый подбородок и сталь во взоре, я поняла, что жалость просто сломит ее. Мальвани готова к ненависти, оскорблениям, непониманию, к чему угодно, только не к жалости.

— Но потом он понял, что это была ты, иначе не посчитал бы Корни своей дочерью.

— Все открылось наутро, — призналась подруга. Отпив немного чая, она водила пальцем по кромке кружки и как — то отрешенно рассказывала свою историю.

— Я сбежала, как только все произошло, забыв платок, который стал нам покрывалом на траве. Он и раскрыл меня. Корс пришел к Зорге поговорить, но она приняла его рассказ за пьяное видение.