— Я… честно говоря, не умею танцевать, Мэтт. Может быть, только пару танцев, которые танцевала в детстве.

Он засмеялся, и его здоровый смех буквально сотрясал комнату.

— Тогда из нас получится неплохая пара, Скай, потому что я тоже не очень хороший танцор. Когда-то я брал уроки, когда по одному делу мне. надо было поехать в Калифорнию. Быть может, мне удалось чему-то научиться.

Скай любила его сильное лицо, мужественный смех, его сияющие чувственные глаза. Как было бы замечательно видеть Мэтта каждый день всю оставшуюся жизнь. Он говорил о ближайшем будущем. Но будет ли продолжение? Будет ли что-нибудь после поездки в Шайенн? Скай не видела в его глазах никакого обмана, ни намека на него в его взгляде или голосе, Но все мысли улетучились из головы, как только Мэтт быстрым движением снял с головы шляпу, бросил ее на кровать и наклонился к ней, его губы прикоснулись к изгибу ее шеи, к обнаженным плечам. По всему телу Скай пробежала дрожь от его магического прикосновения, глаза сами собой закрылись, и она прижалась к нему, чуть постанывая от удовольствия, что вновь оказалась в столь долгожданных объятиях. Скай не понимала, почему, когда Мэтт прикасался к ней, она не могла отойти от него. Его близость , стала наркотиком, без которого она уже не могла обойтись.

Снова раздался стук в дверь, и голос за дверью объяснил причину своего вторжения. — Мы пришли за ванной и принесли столик для ужина.

Мэтт тихонько выругался, все еще держа в своих объятиях девушку. У него не оставалось выбора, и он позволил им войти.

Юноши быстро справились со своей работой и вскоре вылили всю воду и убрали ванну. Они поставили стол и накрыли его скатертью. Старший мальчик не преминул взглянуть краем глаза на Скай. Но Мэтту не удалось закрыть за ними дверь, потому что — вслед за ними вошли две девочки лет пятнадцати, которые принесли ужин. Потом Скай и Мэтт остались одни, Мэтту хотелось снова обнять и поцеловать Скай, но момент уже был упущен. Он подвинул к столу стул для девушки. Скай подобрала юбку и осторожно села. Мэтт устроился напротив нее и поднял салфетку, накрывающую тарелки с едой. Там были просто приготовленное, но аппетитно пахнущее блюдо из телятины, картошка с темной подливой, рогалики со свежим маслом и черносмородиновым джемом, зеленый горошек с сахаром и щедрый ломоть яблочного пирога.

Мэтт разлил столовое вино. Скай положила салфетку себе на колени, ей казалось, что все происходит во сне: она сидит за маленьким столиком в гостиничном номере с красивым мужчиной, пьет вино из прозрачного бокала, и на ней платье зеленого шелка. Это был мир, совершенно не похожий на тот, в котором Скай пребывала последнее время, и из-за этого все происходящее казалось ей обманом.

Скай понимала, и в этом чувстве была нотка ностальгии, что ее отец с матерью никогда не позволили бы ей и, конечно же, не одобрили бы то, что она находится в гостиничном номере наедине с человеком, который был женат до этого. Но теперь Скай была женщиной, а не четырнадцатилетним ребенком. К тому же у нее не было семьи. Некому было осудить ее за такое поведение.

Скай и Мэтт на протяжении всего ужина вели неторопливый разговор и иногда замолкали; но они провели так много времени вместе день за днем, что это молчание не казалось им неловким,

Когда они поужинали, Мэтт вытер губы салфеткой и откинулся на спинку стула.

— Ты когда-нибудь играла в покер? Этот вопрос удивил ее, так как не был никак? связан с предметом их разговора.

— А что? Да… когда была маленькой. Папа позволял нам, детям, играть в покер вместе с ним. Мы использовали спички вместо денег. Мама говорила, что он портит нас, но отец всегда настаивал на своем и считал, что он прав.

Мэтт отодвинул от стола свой стул и пошел к сумкам, стоящим рядом с кроватью. Пока он копался в них, Скай наблюдала за ним со все возрастающим любопытством. Через некоторое время Мэтт выпрямился, держа в одной руке целую горсть спичек, а в другой видавшую виды колоду карт.