– Чарльз… – прошептала она, едва веря своим глазам.

Он в несколько шагов пересек комнату и порывисто обнял ее.

– Значит, ты и вправду здесь! Я надеялся, что это всего лишь слухи. – Он беспокойно заглянул ей в лицо. – С тобой все в порядке? Тебе не причинили вреда?

– Нет, Чарльз, – торопливо заверила его Энн, – я цела и невредима, поверь мне. И я очень рада тебя видеть.

Взяв ее за руку, как в детстве, Чарльз повернулся к двум мужчинам, стоявшим на другом конце комнаты.

– Что это за низость, Маклин?! С каких это пор горцы стали похищать невинных девушек ради забавы? До меня и раньше доходили разного рода скверные слухи о тебе, но до сих пор я им не верил.

Фрэнсис окинул кипящего от возмущения молодого человека невозмутимым взглядом.

– Я бы поостерегся рассуждать о низости, будь моя фамилия Рэндалл, – негромко произнес он. – На мой взгляд, низостью является незаконный арест и публичное избиение двух ни в чем не повинных людей, не говоря уж о несовершеннолетних детях.

– Они атаковали отряд английской армии и убили шестерых, – сердито возразил Чарльз, все еще сердитый, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

Фрэнсис презрительно фыркнул.

– По-моему, даже ты не веришь этой сказке, мой мальчик. Ты прекрасно знаешь, что это ложные обвинения.

Энн заметила, как ее брат потянулся к рукоятке меча, и обеими руками обхватила его руку выше локтя.

– Прошу тебя, Чарльз, не надо устраивать потасовку! Клянусь тебе, никто не причинил мне вреда, ко мне здесь все относятся с отменной учтивостью. Сюда даже приехал наш дядя, он охраняет мою честь…

– Ну в этом больше нет нужды: теперь я здесь, и я увезу тебя домой.

Он бросил яростный взгляд на Фрэнсиса, словно ожидая возражений.

– Мне кажется, что молодая леди желает продлить свой визит, – негромко заявил Фрэнсис, – а мы так рады ее обществу, что не вынесем столь скорого расставания.

– Это означает, что ты попытаешься помешать мне отвезти сестру домой?

Иэн Макдоннелл отделился от стены.

– Да будет тебе, племянник, лучше присядь и выпей пива. Давай поговорим как разумные люди. Девочке не причинили никакого вреда, и нечего поминутно хвататься за меч.

Чарльз повернулся к Иэну. В его серых глазах светилось холодное презрение.

– Я разочарован вашим попустительством, дядя… разочарован, но не удивлен. Когда я вижу, как вы якшаетесь с этим отъявленным негодяем, мне становится стыдно за наше родство.

В голубых глазах Макдоннелла появился стальной блеск, на его скулах обозначились желваки.

– Можешь стыдиться, если хочешь, малыш, но от кровного родства вот так запросто не отмахнешься, нравится тебе это или нет.

Напряжение в комнате нарастало. Энн решила, что надо увести отсюда брата, пока не пролилась кровь. Она повернулась к Фрэнсису, бросив на него умоляющий взгляд.

– Сэр Фрэнсис, позвольте мне поговорить с братом наедине. Я уверена: как только он все поймет, вам легче будет объясниться.

– Нет.

Энн уставилась на него в изумлении.

– Фрэнсис, пожалуйста, я…

– Я сказал нет! – резко перебил он, и Энн невольно отшатнулась: Маклин не позволял себе говорить так даже с конюхами.

Его грубый тон подействовал на Чарльза как удар хлыстом.

– Так ты собираешься и дальше держать ее здесь взаперти? – вскричал он. – И чего ты намерен добиться подобным образом?

Маклин решительно двинулся вперед по устланному коврами полу. Схватив подбородок Энн длинными точеными пальцами, он заставил ее повернуть голову, как будто приглашая всех полюбоваться тонким нежным профилем.