— Причина?

— Чересчур мягкая иммиграционная политика. Мол раскрыл перед ригами дверь на Землю. Сразу появились расистская оппозиция, пошли разговоры о кровосмешении... как будто риги могли совокупляться с людьми, — парень рассмеялся, посмотрев на секретаршу.

«Вот мир, из которого Молинари достал свой труп, нашпигованный пулями», — подумал Эрик. Мертвый Джино лежал изувеченный и не поддающийся воскрешению, запятнанный кровью, в заполненном гелием стеклянном ящике.

За спиной раздался странный нечеловеческий голос:

— Не хотите ли, доктор Арома, захватить противоядие и для вашей жены?

Эрик обернулся.

В воздухе висел организм без глаз, напоминавший переспелый персик, — такое Эрик однажды видел в траве, — облепленный рыжими муравьями, привлеченными сладким запахом паданца. Создание было почти круглым и точно запряженным в сбрую: его опутывало множество переплетенных ремешков, врезавшихся в податливое тело. Видимо, упряжь была необходима, чтобы держать существо в земной атмосфере. Странным казалось другое: откуда эта штука вообще появилась здесь.

— Он что, в самом деле из другого времени? — спросил парень, выбивавший чек в кассовом аппарате.

Сферический шарообразный организм, втиснутый в кожаную упряжь, произвел вполне членораздельные звуки с помощью механической аудиосистемы из трубок, напоминавших мини-орган:

— Да, мистер Таубман.

Странное существо подплыло ближе к Эрику, отчего доктор стал думать, что это галлюцинации, и остановилось, повиснув в футе над землей, с хрипом и бульканьем всасывая воздух через трубочки, точно принюхиваясь.

— Этот парень с Бетельгейзе, — сказал Таубман растерявшемуся Эрику. — Его зовут Вилли К, один из наших лучших химиков, — парень закрыл кассу. — Он телепат, как и все они. Постоянно лезут в мысли к нам и ригам, впрочем, совершенно безвредны. Мы к ним привыкли.

Таубман подошел к Вилли К, нагнулся к нему, точно к комнатной собачке, и спросил:

— Слушай, если он путешественник во времени, как же мы выпустим его отсюда, ведь он способен разрушить наше настоящее? Или там, в прошлом, натворит дел. Может, на всякий случай, вызвать полицию?

Вилли К подплыл к Эрику ближе, затем вернулся.

— Нет необходимости задерживать его, мистер Таубман, тем более что это бесполезно: действие наркотика скоро кончится, и он окажется в своем времени. Но пока он здесь, мне хотелось бы задать ему несколько вопросов. Если вы не против, сэр, — добавил он, обращаясь уже к Эрику.

— Даже не знаю, — Эрик потер лоб, на котором выступила испарина. В пот его бросило, когда Вилли К спросил о Кэт. Эрика совершенно выбило из колеи, и все, чего ему сейчас хотелось, — покинуть помещение.

— Сочувствую, доктор, — сказал Вилли К. — Да и задавать вопросы — пустая формальность для телепата. Просто хотелось, чтобы ваши ответы были построены в соответствии с моими вопросами, в той же структуре. Например, ваша супруга. В вас прощупывается необыкновенно богатый эмоциональный спектр по отношению к ней: преимущественно страх, потом ненависть, и, как это ни странно, довольно много чистой, неискаженной ненавистью любви.

Таубман скривился:

— Господи, до чего ж эти «бетели» любят корчить из себя психоаналитиков. Должно быть, это в природе у телепатов, — однако уйти не спешил, очевидно, заинтересованный разговором.

— Я в самом деле могу взять противоядие для Кэт?

— Нет, предметы, пересекая границу времени, исчезают, но вы можете запомнить формулу, — ответил Вилли К. — Доставите ее в корпорацию «Фундук» в вашем времени — и все дела. Но, может быть, вы не захотите этим воспользоваться? Не хочу вас вынуждать.

— Так что ж это получается: его жена тоже на крючке, а он не хочет ей помочь? — вмешался Таубман.