Высокий седовласый воин вывел вперед Дугала, и Сорча внимательно посмотрела на брата. Он был на пять лет старше ее, но часто вел себя как безбородый юнец. Дугал был высоким и худощавым, с изящными чертами лица, гладкой кожей и светлыми волосами. Его красоту можно было бы назвать женственной, и Сорча подумала, что, возможно, в этом и крылась причина его вспыльчивости — слишком уж Дугал часто хватался за меч, так как это был самый простой способ доказать всем свою мужественность. В его золотисто-карих глазах застыла мольба, но Сорча была сейчас не в настроении успокаивать его.

— Вы принесли нужную сумму, миледи? — спросил седовласый воин.

— Да. — Она протянула ему мешок с монетами. — Кому я ее передаю? — спросила Сорча, с удовлетворением отметив, что англичанин немного смутился, когда его уличили в отсутствии хороших манер.

Коротко поклонившись, он взял деньги и представился:

— Лорд Мэттью Селкерк к вашим услугам, леди Хей. Как видите, ваш брат цел и невредим.

— Да, — кивнула Сорча, но про себя отметила, что богатая одежда Дугала была вся изорвана. — А его оружие?

— Мой человек только что отдал его вашей… — И он запнулся, посмотрев на Нейл.

— Моей тете, Нейл Хей. — Сорча едва удержалась от улыбки, заметив, что англичанин изо всех сил старается не выказывать своего удивления, которое могло бы показаться дамам оскорбительным.

— Вы можете задержаться в нашем лагере, чтобы утолить жажду и дать отдых лошадям, — наконец сказал лорд Мэттью, передавая деньги лысому худощавому мужчине, чтобы тот их пересчитал.

— Спасибо за гостеприимство, милорд, но мы выезжаем немедленно, — ответила Сорча. — Нам предстоит долгая и трудная дорога, и мы не хотим терять светлых часов пути… Ведь дни сейчас очень короткие…

Прошло еще немного времени, и Дугалу привели его лошадь. Ощущая на себе холодный немигающий взгляд Саймона Тречера, Сорча быстро села в седло и, попрощавшись с предводителем англичан, повела свой маленький отряд прочь из вражеского лагеря. Ей показалось, что она сумела произвести на англичан надлежащее впечатление, но она все равно хотела поскорее убраться от них как можно дальше. И еще она хотела рассказать Дугалу, как дорого ей стоило выкупить его из плена — да еще вместе с лошадью и оружием.

— Где ты взяла деньги? — спросил Дугал, подъезжая к ней поближе.

И Сорча подробно рассказала брату, на что ей пришлось пойти, чтобы найти необходимую сумму для его спасения. Дугал внимательно выслушал ее и явно смутился. И следовательно, можно было надеяться, что после всего произошедшего брат наконец-то образумится и в нем проснется чувство ответственности. Может быть, он поймет, что его сестра — да и вообще любая девушка — не должна оказываться в такой ситуации. Во всяком случае, Сорча верила, что слово «долг» не было для Дугала пустым звуком. Возможно, ему станет стыдно за свой поступок и его последствия. Возможно, теперь он будет сначала думать, перед тем как что-либо предпринять.

— Сколько денег у тебя осталось от выкупа, что ты получила за Руари Керра? — спросил Дугал.

— Нисколько. Я попросила ровно столько, сколько за тебя попросили англичане.

— Но у него ведь сундуки ломятся от золота. Ты могла бы выторговать нам небольшое состояние.

— Да, могла бы, если бы мне не нужно было спасать твою никчемную жизнь.

— Ну ладно, Сорча. Ты все правильно сделала. Я не хотел тебя обидеть.

К Сорче подъехал Рональд и проговорил:

— Вы были правы, миледи. Тот англичанин, Саймон Тречер, следует за нами.

— Сколько с ним людей?

— Я не разглядел, миледи.