«Иди ко мне».

Джордан не знала, слышала ли в самом деле эти слова или только вообразила их. В шатре чем-то пахло, вероятно, ка ответить, Джордан поняла, что ошиблась. Он по-итальянски поблагодарил ее за танец, прежде чем откланяться.

В облике его ей показалось что-то очень знакомое…

Но Джордан некогда было поразмыслить на сей счет, ее уже пригласил танцевать коротышка в костюме Цезаря. В зале она насчитала человек пять дотторе, и все были примерно одного роста.

кими-то благовониями, и все же…

Сандаловое дерево. Запах напомнил ей Стивена. Последнее время слишком многое напоминало ей о нем. Все просто, объяснила она себе. Она испытывает сильное влечение к другому мужчине. Стивен покинул этот мир. Для нее он потерян. А она должна жить дальше.

«Иди ко мне».

Слова с такой отчетливой силой прозвучали у нее в голове, что она подалась вперед. Но не шагнула. Страх темноты внезапно охватил ее, страх разрастался, еще немного, и она ринется отсюда в панике. Что-то грозило прыгнуть на нее, утащить ее в нечто ужасное. В ад?

Она чувствовала, ощущала металлический привкус страха во рту, она почти осязала его…

Что-то очень нежно коснулось ее руки. Джордан едва не завизжала от ужаса. Но теперь, когда глаза привыкли к темноте, Джордан уже могла разглядеть девушку в костюме наложницы, державшей в руках нечто светящееся в темноте.

Девушка взяла ее за правую руку. Кто-то другой коснулся ее левой руки. Ее увлекли в глубь шатра, и тогда, хотя она ничего и никого не касалась, она поняла, что перед ней стоит другой человек. Джордан чувствовала тепло, исходящее от него, и тепло окутало ее, успокоило и согрело.

Ей стало хорошо и покойно. Страх почти сошел на нет.

Кто-то приподнял ее руки ладонями вверх. Теплое масло полилось на них, его нежно втерли в тело. Кто-то приподнял ее волосы, чьи-то нежные пальцы массировали ей затылок, втирая масло. Что-то прохладное и экзотичное коснулось ее губ.

Виноградина.

Джордан послушно съела се.

Она чувствовала дыхание стоявшего напротив. Очевидно, второй был мужчиной. Высоким мужчиной. В дыхании его угадывался запах вина. От него исходило ощущение силы и мужества. Скорее всего именно поэтому она чувствовала себя такой защищенной.

«Здорово, — успела подумать она. — Вот со мной чей-то муж».

Щеки ее зарделись, словно зажглись от его тепла. Кто-то вложил ей в пальцы виноградину, и она поняла, что они должны накормить виноградом друг друга. И снова виноградина коснулась ее губ. Джордан разомкнула их и взяла ее в рот, успев подумать, как все довольно глупо и смешно. Вернее, должно казаться глупым и смешным, но отчего-то таковым не казалось. Она поднесла виноградину к смутно угадывающимся в темноте губам своего партнера, и он взял ее в рот.

Джордан не помнила, чтобы испытывала с кем-то такое чувство близости.

Масла, которые втерли ей в ладони и затылок, казалось, начали немного жечь кожу. Тепло проникало в глубь ее. Ее охватила истома. Вот-вот она подастся вперед, найдет те руки, что касались ее, чтобы они опять сотворили с ней чудо…

Пальцы вжались в ее плечи и принялись массировать их, растирая. Джордан почувствовала, как напряженность куда-то уходит. Сквозь нее будто прошел луч света, и она закрыла глаза. Джордан могла бы уснуть, пристроившись калачиком возле совершенно незнакомого человека, ощущая приятное тепло и сладкую истому. Костяшки пальцев скользили, едва касаясь, по шее, нежно ласкали. Руки ее сами вспорхнули, легли на щеки незнакомца, скользнули вниз, по лацкану его пиджака. Что-то снова коснулось ее губ. Вино. Теплое, с насыщенным фруктовым вкусом. Затем снова его пальцы. Пальцы на ее плечах, пальцы, поглаживающие ее щеки…

Зазвенел колокольчик, и Джордан вздрогнула, очнувшись от приятного забытья. Девушка в костюме красотки из гарема с чем-то светящимся на голове взяла ее за руку и повела к выходу.