– Не нужно. Когда сможет, тогда и явится. Значит, дела.

Я сама не верила тому, что говорила. А мысли, меж тем, уже крутились вокруг того, что приносило мне только неприятные ощущения. Могло ли быть так, что он сейчас с женщиной? Нет-нет, после того, что мы пережили, последнее, о чём я осознанно могла думать – другая. Почему же первое, что само приходило мне в голову, когда размышляла о происходящем – это любовница Левицкого?

– Несмотря на то, что Роберт у нас, как человек занятой, всё ещё отсутствует, я возьму слово, – начал дедушка, поднявшись из-за стола и держа в руке рюмку самогона. – Я очень рад, что сегодня мы все собрались за этим столом, где не только отметим светлый праздник, но и… но и услышим новости, которые есть у нас для вас с Леночкой.

Он выдержал паузу, мы с Петром Сергеевичем переглянулись. Я примерно понимала, куда ведёт дедушка, но надеялась, что со свадьбой они подождут хотя бы до весны. Во-первых, зимой особенно было не погулять по городу. Во-вторых, весной можно было бы заказать хороший ресторан под открытым небом и устроить праздник для них и для всех их знакомых и друзей. Уверена, подобное мероприятие хотели бы посетить многие.

– Ещё до Нового года мы подали заявление в ЗАГС, роспись через две недели, – безапелляционно выдал дед и замолчал.

– Дедушка… Почему ты мне ничего не сказал?

– Это сюрприз. – Дед блеснул глазами из-под седых бровей, будто предупреждая, что никаких протестов не потерпит, а я и не собиралась протестовать. Уже знала, что если он что-то решил, да ещё при этом и сделал так, как было нужно ему, спорить было бесполезно.

– И всё же… я бы начала уже помогать готовиться.

– Леночка справляется, да и я ей подсобляю. Сдюжим. Ну? Кто-то будет нас поздравлять?

– Поздравляем! – пробасил Пётр Сергеевич, и я, конечно же, присоединилась к нему:

– Поздравляем! Но от помощи не отказывайтесь.

На экране телевизора как раз появилась заставка то ли Аншлага, то ли какого-то концерта юмористов, когда я начала подумывать о том, чтобы собираться и ехать домой. Дедушка, Пётр Сергеевич и Елена Викторовна что-то оживлённо обсуждали за столом, я же переместилась на диван и бездумно смотрела в телевизор. Телефон так и безмолвствовал, даже Ершова, и та не брала трубку, хотя мне очень хотелось мысленно отвлечься хотя бы на несколько минут на разговор с подругой.

Когда раздался настойчивый звонок в дверь, я уже решила, что уеду через пять минут. Но когда прозвучал голос деда: «А вот и Роберт приехал!» – вскочила с дивана и побежала открывать.

За дверью действительно был Левицкий, но не один, а в компании с Леной и Славиком. Все трое взъерошенные и с надсадным дыханием.

– Собирайся. У тебя две минуты, – ошарашил меня муж и, заглянув в квартиру, добавил: – Всем привет! Всех с праздником! Мы Таню забираем.

– Куда мы? Что случилось? – выдохнула я, впрочем незамедлительно начиная натягивать сапоги и куртку.

– Ничего не случилось. А мы на Кубу летим. Самолёт через три часа.

– На Кубу? А зачем на Кубу?

– Мы со Славой решили там пожениться, – вступила Ершова. – Давай, Танюха, опаздываем.

Расспрашивать и дальше я не стала. Быстро схватила сумку и, чмокнув в щёку деда, вышедшего в прихожую, проговорила:

– Без меня только не женитесь. Мы на Кубу и обратно, Ершову замуж выдавать.

И под смех остальных, выбежала из квартиры, чтобы мчаться в аэропорт.

Только когда самолёт приземлился в аэропорту Гаваны, я поверила, что всё это не шутка. Как оказалось из сбивчивых объяснений Ершовой, они со Славой вчера вечером решили, что хотят пожениться на Кубе, а Роберт, узнав об этом, быстро организовал поездку.