– О, Лисси, – простонал Клэй. Что ей сказать? Это ее жизнь, но… – Милая, ты не хуже меня знаешь, что, потеряв столько родных и близких на войне, мы никогда не сможем принять в семью янки.

Мелисса разрыдалась. Клэй сжал ее дрожащее тело в объятиях.

– Лисси, нужно время, чтобы эти раны затянулись. Она смотрела ему в глаза, и слезы струились по нежным щекам.

– Неужели мои чувства никого не интересуют? Разве я не член этой семьи?

– Разумеется, интересуют. – Он погладил ее по щеке. – Время лечит. Просто дай нам немного времени, хорошо, милая?

– У меня нет времени, Клэй. Я… я жду ребенка. – Она развернулась и выбежала из комнаты.

Следующим утром ее не нашли. Мелисса оставила письмо, в котором заверяла их, что не поедет жить на Север. Они со Стивеном решили не делать выбор между Севером и Югом, а отправиться на Запад вместе с поездом.

Клэй объявил родным о положении Мелиссы и о своем решении отправиться следом, чтобы вернуть ее домой. Его поддержали, и все братья, кроме Уилла, тянули жребий – кому ехать с ним.

На следующий день они с Гартом покинули Фрезер-Кип. Клэй продал лошадь и подаренные дедом золотые часы. На эти деньги они доплыли по реке до Индепенденса, который служил перевалочным пунктом для караванов, направлявшихся на Запад по Орегонской тропе.

Клэй поднял с пола свидетельство о браке и встал. Первым делом нужно убедиться в подлинности этой бумаги. Он никогда не напивался до такой степени, чтобы совершенно не понимать, что делает. Что-то тут не так. Может, кто-то ей помог?

Лишь одно Клэй знал наверняка: он глаз не спустит с этой интриганки, пока не узнает правды.

А пока лучше поставить Гарта в известность.

В межкомнатную дверь тихонько постучали. У Клэя даже вопроса не возникло, кто бы это мог быть.

– Входи, Гарт!

Глава 4

– Ты женился?! – завопил Гарт, прочитав свидетельство, которое Клэй протянул ему.

– Так написано, – мрачно ответил Клэй.

Гарт расхохотался:

– Поверить не могу!

– Рад, что ты находишь это смешным.

– Ты и правда набрался и позволил Ребекке женить тебя на себе?

– Я действительно много пил, но я не помню никакой женитьбы или даже упоминания о ней. Этим утром я проснулся в ее постели. На ней была ночная рубашка и кольцо, которое я купил. Й это чертово свидетельство – на столе.

– Ты купил ей кольцо?! – изумился Гарт.

– Я купил его для Элли, хотел сделать ей официальное предложение, когда война закончится. А потом подумал, что его можно будет продать на Западе, когда мы потратим все деньги.

– Стоит оставить старшего братца всего на одну ночь – и вот что получается, – хихикнул Гарт.

– Если ты сейчас же не перестанешь зубоскалить – получишь по шее, – предупредил Клэй.

Гарт покачал головой:

– Да уж, ты всегда был наивен в делах, касающихся женщин. Элли – хороший тому пример.

– Я достаточно общался с женщинами, чтобы научиться понимать, когда они что-то предлагают. И Ребекка Эллиот…

– Ребекка Фрезер, – поправил его Гарт.

– Только через мой хладный труп!

– Скорее уж через твое нагое тело, братец. – Наверное, даже если бы Гарт захотел, он не смог бы ухмыльнуться ехиднее.

Клэй бросил на него испепеляющий взгляд.

– Ты, как никто, умеешь утешать! Эта женщина пришла ко мне в рубашке и пеньюаре, не оставлявших никакого простора для моей фантазии, и заявила, что у нее в комнате жук! Она точно знала, чего хотела! Потом она предложила выпить по стаканчику, и я подумал – почему бы нет? Ты же сам говорил, что впереди у нас «голодные» деньки.